– В общем, могу. Но я хотел бы сначала уточнить…
– Что?
– Вы из «Ветрин». Это государственная…
– Аббревиатура слов «впредь никого над нами»: буква «в» плюс три «н». Мы уже два года работаем как скрытая структура, поставившая целью избавить человечество от внешнего контроля.
Уваров недоверчиво прищурился.
– Вы считаете, это возможно?
Гордеев пожал плечами.
– Хорошо, что вы не задали более логичный вопрос: не сбрендили ли мы? Я уверен в одном: пора освободиться от паразитирующих на нас ксенотиков. Возможно, именно этот фактор мешает людям развиваться этически. Пока же и «змеи» и «ящеры» с успехом используют в своих целях тех, кто жаждет власти любой ценой, и поддерживают в психически неустойчивых личностях эту жажду.
– Неужели Михал Михалыч…
– Нет, Коренев не согласился работать на «ящеров», вместо него они запустили своего агента под личиной Коренева.
– Я не заметил.
– Тонкая работа, – согласился Гордеев.
– Значит, Михал Михалыч жив?
– Мы его вызволим. А вот Хаевич погиб. Сначала он согласился работать на «змей», потом решил поторговаться и…
– Гады!
– Полностью с вами согласен, – кивнул Гордеев. – Вот, глотните. – Он подал Уварову плоскую фляжку. – Травяной тоник. Не бойтесь, нам травить вас ни к чему.
Уваров сделал несколько глотков, освеживших рот. Голова прояснилась.
– Спасибо.
– Вы не ответили на вопрос. – Гордеев упрятал фляжку в карман.
– Вы из ФСБ?
– Нет, «Ветрин», по сути, частная структура. Хотя с нами работают и федералы.
– Я могу вам верить?
Гордеев выдержал взгляд Александра Александровича.
– Можете. Если нам удастся использовать ваши знания, мы победим.
– Я вижу не только прошлое, – вдруг признался Уваров.
В глазах Ивана Петровича отразилось сомнение.
– Как вас понимать?
– Я вижу будущее.
Гордеев на какое-то время замолчал, пребывая в ступоре. Сказал наконец тихо:
– Хроник… видящий будущее…
– Хотите верьте, хотите нет.
– Это же невозможно… Извините. Бог ты мой! Неужели вы откажетесь работать с нами? Да ведь мы по-настоящему выйдем в космос! Вам это не интересно? Вся жизнь впереди!
– Разденься и жди, – бледно улыбнулся Уваров.
– Что?
– Я пошутил. Понимаете, мне уже пятьдесят…
– Это не возраст.
– В пятьдесят мало кого тянет на подвиги.
– Не ставьте себе диагноз.
Уваров мысленным усилием «улетел» в пространство без звёзд, озаряемое лишь всполохами распадавшихся атомов.
Будущее…
А ведь и вправду интересно посмотреть, что ждёт человечество впереди. Справится ли оно с «ящерами» и «змеями»? Да и с самим собой. Ну, а если «змеи» устроят за ним охоту?
– Они не оставят вас в покое, – проницательно покачал головой Гордеев. – В одиночку с ними не справиться.
Уваров очнулся.
– Всё равно страшно… я могу умереть.
Гордеев засмеялся.
– Для того чтобы умереть, достаточно родиться.
– С другой стороны, риск – благородное дело. Если вы пообещаете мне…
Гордеев посерьёзнел.
– Мы найдём способ защитить вас и ваших близких. Собственно, мы их уже охраняем. Куда вас доставить? На работу, домой?
– К вам, – сказал Уваров, сомневаясь в своей трезвости. – Я хочу знать всё.
Гордеев посмотрел на водителя.
– Солома, к Дэну.
Водитель оглянулся на Уварова, подмигнул ему.
– Поработаем, Сан Саныч?
Уваров проглотил ком в горле, и перед его мысленным взором снова развернулась необозримая панорама большого Космоса.
Звонок мобильного айкома разбудил его в семь утра.
Тянуться к тумбочке было лень, и Савва пробормотал сполусонья:
– Ответь!
Его новомодный гаджет связи, оформленный под браслет с часами, выполнявший и множество других функций – от показа времени до выхода в Сеть через вай-фай, послушно выдул из кругляша часов призрачный пузырь объёмного экрана с изображением абонента. Звонил Кеша – Иннокентий Рудницкий, друг детства, с которым Савва просидел вместе за одной партой в школе три года.
– Пора вставать, – заявил он жизнерадостно; вихрастый, в квадратных, на пол-лица, очках, он был похож на абитуриента математического вуза, хотя на самом деле окончил МИФИ, а точнее – НИЯУ, как теперь назывался институт – научно-исследовательский ядерный университет – семь лет назад и в настоящее время работал в Сколково – руководил лабораторией перспективных радиотехнических систем. Кроме того, Кеша в качестве хобби создавал теорию «фундаментального моделирования всего сущего», будучи уверенным в том, что при достаточной вычислительной мощности современных компьютеров можно смоделировать не только любой физический процесс, но и Вселенную. При этом он утверждал, что человечество живёт именно в такой Метавселенной – смоделированной в каком-то «божеском» суперкомпьютере, и собирался в скором времени не только доказать правильность своих выводов, но и связаться с создателями «модели».
– Сегодня воскресенье, – простонал Савва, которому пришлось лечь в третьем часу ночи после встречи с Наденькой, молодой сотрудницей Управления, выпускницей Юракадемии; их роман начался недавно, однако Савва почти потерял голову и готов был «броситься в петлю», как образно выразился замначальника Управления полковник Старшинин по прозвищу Старшина.
