– Вот же проклятие! – посмеялся Дон Юль и хлопнул себя по лбу. – Я привык, что у Со Минны аллергия на сигаретный дым. Но, в любом случае, в этом доме был ремонт. Будет нехорошо, если все тут пропахнет табаком.
Нам Китэ недовольно хмыкнул и, бросив свирепый взгляд на Джиён, резко встал со стула и вышел из дома. Посмотрев ему вслед, Джиён поежилась: на миг ей показалось, что этот качок размажет ее по стенке. Когда за ним громко захлопнулась входная дверь, Дон Юль снисходительно улыбнулся девушке и успокоил ее:
– Не бойся, Нам Китэ только выглядит таким пугающим. Он долго жил среди преступников, поэтому мало кому доверяет, особенно смертным. Скажи-ка мне, у тебя есть ножницы для маникюра?
– Да, – удивленно ответила Джиён.
– Так неси их быстрее!
Джиён тотчас побежала в коридор, схватила свою косметичку и, впопыхах нащупав в ней ножницы, отдала их Дон Юлю. Совершенно не понимая, зачем они понадобились булгэ, она молча следила за его действиями. Ничего не объяснив, Дон Юль направился в комнату, где лежало тело Минны, и Джиён с Ан Виёном последовали за ним.
Рим Югём уже стоял возле койки и держал в руках маленький чугунный горшочек. Аккуратно открыв его крышечку, он зачем-то сунул туда палец и громко завыл.
– Я предупреждал, что она кусается! – отчитал его Дон Юль и, подойдя к койке, взял Минну за руку. Что-то напевая себе под нос, он принялся состригать ее ногти на пол, а закончив, собрал их в ладонь.
– Дрянь! – выругался Рим Югём, зализывая укушенный палец.
– Кисэн в Безымянном Доме вывела самый агрессивный вид, – пояснил Дон Юль и, когда Рим Югём приоткрыл крышечку горшочка, засыпал в него ногти. – Осталось дождаться полнолуния!
Рим Югём неторопливо обошел комнату и, спрятав горшочек за папоротником, довольно произнес:
– Не трогай его, На Джиён. В нем живет мышь.
– Какая еще мышь? – испуганно воскликнула Джиён и невольно схватилась за рукав Ан Виёна. – Хотя мышь – это не самое страшное, что я видела сегодня…
– Волшебная мышь, которая ест ногти человека и принимает его облик, – пояснил Дон Юль, выходя из комнаты. – Двойник заменит Со Минну в мире смертных, чтобы ее не искали.
– Я всегда думала, что это просто сказка, – сказала Джиён и покинула комнату вслед за булгэ, не заметив, как потянула за собой Ан Виёна. – Мышь – это тоже квисин?
– Да, но очень пакостный и низкого ранга, – мотнул головой Дон Юль. – Использовать волшебных мышей запрещено законом. Особенно в мире смертных. Раньше Небеса и Преисподняя разводили их, чтобы правители, находясь в плохом самочувствии, могли временно посадить двойника на престол, и это не вызывало волнений в обществе квисинов. Но со временем мыши попали в руки недоброжелателей. Стало не разобрать, кто настоящий, а кто двойник. Мы определяли их только по запаху: двойник не пахнет как смертный или квисин. И если он не носит амулеты с душистыми травами и не пользуется цветочными духами, то воняет жжеными волосами. Небеса и Преисподняя решили уничтожить всех мышей. По счастью, кисэн Рим Куён сохранила парочку в своем Безымянном Доме и даже вывела свой собственный вид. Ее белые мыши, в отличие от предыдущих, не только перенимают чей-то облик, но еще и энергию, и даже запах. В больнице я капнул в горшочек кровь Со Минны и добавил туда прядь ее волос. Этого достаточно, чтобы мышь полностью скопировала ее образ.
Джиён обиженно прикусила губу:
– Почему Минна не рассказала мне о своей смерти?
– Она не хотела никого беспокоить, – прокомментировал Дон Юль и прошагал к входной двери.
– Вы уходите? – забеспокоилась Джиён и побежала за ним.
– Да, – кинул Дон Юль и, распахнув дверь, ступил на лестницу. – Рим Югём, Нам Китэ и еще трое останутся в этом доме. Остальные пойдут со мной.
– Подумайте над моими словами, – предостерег его Ан Виён. – В моем видении было много мертвых булгэ…
– Мы услышали тебя, щенок, – пробубнил Нам Китэ, сидящий на лестнице к ним спиной. – Стая уже приняла решение.
Поскольку булгэ чаще всего общались через мысли, ни Джиён, ни Ан Виён не знали, что именно решил Дон Юль. Швырнув сигарету в сторону, Нам Китэ смахнул снег с гладко выбритой макушки, размял мускулистые руки и медленно пошагал вдоль тропинки. Он предпочел охранять территорию, слоняясь по саду в полном одиночестве.
Несколько булгэ вышли из дома на лестницу и, угрюмо попрощавшись с Джиён, присоединились к Дон Юлю. На глазах у Джиён они превратились в завывающие черные вихри и стремительно вылетели из сада сквозь металлические прутья калитки.
Огонь и лед
