– Она что-то сказала про картинную галерею? – замер Чанёль, не веря своим ушам.
Помешивая сок трубочками, призраки проводили Пак Убина и Руми заинтересованным взглядом. Откуда ни возьмись над головами парочки пролетела крупная сорока. Заметив ее, Пак Убин обнял Руми и героически укрыл ее краем своей оранжевой куртки. В ту же секунду на его плечо шлепнулся птичий помет.
– Сорока – это к удаче… – поморщившись, сказал он и, набрав в руку снега, почистил им одежду.
– Пак Убин! – восторженно воскликнула Руми и, ущипнув его за щеки, развернула к себе лицом. – Ты спас меня от птичьего помета!
– И что? – в недоумении хлопал глазами Пак Убин.
– Нет, ты не понимаешь, я ненавижу птичий помет. Это гораздо хуже, чем лежать в ящике с трупом. Ты просто… просто… герой!
– Серьезно? – удивился Пак Убин и приосанился. – То есть я зря возил тебя по магазинам и ждал в примерочных по два часа?
– Я давно хотела предложить… Ну… – замялась Руми, ковыряя снег ботинком. – Давай встречаться!
Пак Убин не успел ответить, потому что Руми встала на носочки и поцеловала его. Наблюдая за ними, призраки синхронно поставили стаканы с соком на столешницу и замерли с открытыми ртами.
– Хюнсу, ты слышишь, о чем они говорят? – спросил Чанёль, всматриваясь в происходящее за витриной. – У меня слух пропал!
– Не слышу, но, по-моему, здесь все очевидно, – улыбнулся Хюнсу и мечтательно вздохнул.
– Точно, – вставил Тэун и положил стаканы в мойку.
Стоило призракам расслабиться и отвернуться от витрины, как дверные колокольчики снова зазвенели. В зал вошли несколько мужчин в черных костюмах и масках черепах. Оглянувшись, призраки узнали посетителей и шмыгнули под стол. Они были наслышаны о Братстве тысячи слез от булгэ Нам Китэ и к тому же не раз пересекались с ними в переулке Крысиный Хвост.
– Что тут делают подчиненные Шивона? – тихо спросил Тэун.
– Не знаю, – прошептал Хюсну, поглаживая урчащий от волнения живот. – Обычно они не ходят по простым закусочным.
Когда громила в костюме подошел к барной стойке и постучал по ней кулаком, призракам пришлось показаться ему. Они медленно высунулись из-за стола и натянули улыбки.
– Вы что-то хотели? – тонким голоском спросил Чанёль. – Кофе, рамен, десерты?
– Не прикидывайся, слизняк, – пробасил громила и приставил дуло пистолета к его лбу. – Я помню твою физиономию. Скажи-ка, Со Минна еще работает здесь?
– Нет, уже года два как уволилась, – сглотнул Чанёль.
– Где она сейчас?
– Понятия не имею! – пожал плечами Чанёль.
– Ясно, – ответил громила и, оглянувшись на слоняющихся по залу подчиненных, спросил Чанёля: – Что у вас есть на десерт?
– Вообще говоря, мы закрыты, – попытался спровадить его Тэун. – На двери висит табличка.
Испугавшись, толстяк Хюнсу оттолкнул Тэуна в сторону и заверил незваного гостя:
– О, если вы немного подождете, я приготовлю для вас свое фирменное блюдо!
– Хорошо, – согласился громила и, опустив пистолет, тяжелой походкой направился к дальнему столику, где расположились его подчиненные.
– Хюнсу, что ты несешь? – возмутился тощий Чанёль.
– У нас же нет фирменного блюда, – почесал затылок Тэун.
– Есть одно, – довольно потер руки толстяк Хюнсу. – Помните торт, который Пак Убин принес на свадьбу Хо Юри?
– Торт, после которого даже у генерала Ун Шина скрутило живот? – приподнял бровь Тэун. – Ты хочешь его приготовить?
– Кажется, я понял твой план, – заговорщически подмигнул Чанёль. – Сейчас мы покажем Братству тысячи слез, как угрожать нам и нашим друзьям!
Сорока покружила над Сеулом и приземлилась на крышу дома, ненароком сбросив вниз увесистую снежную шапку. Выйдя на крыльцо, Джиён смахнула снег с кудрявых волос и посмотрела вверх.
– Я думала, что это твоих рук дело, – сказала она стоявшему на стремянке Ан Виёну.
– Я бы придумал шутку получше, – усмехнулся он, развешивая гирлянду по краю крыши. – Если хочешь, я могу украсить и деревья. Но для этого придется воспользоваться моей силой.
– Нет, тебя могут увидеть люди! Слезай! – возразила Джиён и дернула Ан Виёна за штанину.
Ан Виён качнулся и упал со стремянки прямо на Джиён, повалив ее спиной в снег.
– Осторожно! – воскликнула Джиён. Лежа на ней, Ан Виён поцеловал ее в губы и быстро поднялся на ноги, пока ему не прилетела пощечина. Смущенно заправив за ухо прядь волос, Джиён попыталась сделать невозмутимое лицо и строгим тоном произнесла: – Ты живешь в моем доме, потому что кто-то должен поддерживать тело Минны в нормальном состоянии, пока она не вернется в наш мир. Вчера Дон Юль получил известие от Ан Минджуна. Если верить его словам, то…
– Я тебе совсем не нравлюсь? – с улыбкой спросил Ан Виён, подавая ей руку. – Ни капли?
– Ты каждый день спрашиваешь одно и то же! Не надоело?
– Нет, ты же мне не отвечаешь.
