— Можете дать хотя бы подсказку? — строит уморительную рожицу ведущая (молодец, кстати, хорошо лицом отрабатывает). — Маленькую?
— Если я дам вам маленькую подсказку, — киношный папка хитро улыбается и замолкает на миг.
А у меня сердце уходит куда-то вниз. И бьется так громко, что часть реплики Лянь Дэшэна заглушается громкостью пульсации сердечной мышцы.
Знаменитый актер, которого позвали ради вручения одной-единственной награды. Который — совпадение? — сыграл мастера-кукольника и «моего» отца. Дает «маленькую» подсказку…
— Это не драма, — продолжает играть в кошки-мышки с впечатлительной ведущей признанный мастер. — Достаточно драматично?
— Даже я не нахожу себе места от волнения, — как нарочно тянет время ведущий. — Мастер Лянь, просим, скажите же нам.
«И я, и я», — запело мое внутреннее «я. — 'И я того же мнения. Касательно волнения».
— Хорошо, — Лянь Дэшэн преображается в серьезного и торжественного вещателя. — Сегодня специальный приз жюри получит человек, чьи навыки, возможно, не идеальны. Однако талант и харизма этого человека поистине выдающиеся. Я счастлив и горд, что мне позволено назвать это имя сегодня со сцены. Ли Мэйли!
Я тихонько сползаю с коленей бати. Он замер с раскрытым ртом и, по-моему, не дышал еще с: «Хорошо». Как и мама.
— Да-а-а-а-а-а! — взрывается тройным победным воплем наша маленькая квартирка. — Мэйли!
Ай, да «папка»! Чистая победа добра. Снова.
Уснуть мне этой ночью удается далеко не сразу. Эмоции слишком ярки. Будто сотни праздничных фонариков вспыхнули разом за моей спиной. Залили мерцающим светом путь передо мной.
А когда все же засыпаю, фонарики переносятся со мною в мир грез. Они украшают и освещают темную улицу. Я (слегка подросшая версия Мэйли) иду по ней, почему-то одетая в ципао — это такое традиционное китайское платье, из более «поздних». Не такое старинное, как ханьфу.
В руках у меня — золотая статуэтка. Она тоже источает свет. И я с улыбкой шагаю вперед, совершенно ничего не боясь.
Мироздание, это намек? Я на верном пути?
…На следующий день мамочка будет извиняться перед соседями за учиненный шум. В извинениях будет звучать больше гордости, чем сожаления, но никто не осудит. Это свои заслуги тут выпячивать не принято. Гордиться достижениями детей — это другое. Здесь это все понимают.
Еще — тоже на следующий день — в СМИ поднимется шум (но не слишком сильный) о распределении призов в награждении, прошедшем накануне. Скажут и про роль актрисы второго плана. Разные, скажем так, озвучат мнения. Специальный приз жюри сгладит накал страстей. Но ту Нин попрекнут слабой, посредственной (для обладательницы премии) игрой неоднократно.
Не знаю, есть ли связь с небольшим скандальчиком вокруг номинации 2000 года, но уже в следующем году список номинаций изменят. И актеров (актрис) второстепенных ролей из ряда номинаций просто-напросто вычеркнут. Зато добавят премию за детский короткометражный телесериал. Не совсем очевидно, с какой целью, ведь номинантов в данной категории не окажется. Позже эта номинация незаметно исчезнет.
А через пять лет премии Золотой Орел и Летящие Апсары вообще разнесут по разным годам. Распределят по четным и нечетным. И формат обозначения номинаций изменится с учетом тематики драм. Станет значительно логичнее.
Шумиха же уляжется быстрее, чем поднялась. Тут вообще быстренько утихают скандалы.
А среди моих детских игрушек появится симпатичная статуэточка. Ее привезет режиссер Ян. Еще он привезет красный конверт. От дяди. Мы так-то согласились на то, чтобы долю от прибыли (два процента, напомню) от выручки Вод Куньлунь нам вручили по итогам календарного года. Тем более, что сейчас всё пущено в оборот.
Ян Чэнь, «водный магнат», как его начинают в шутку называть в узких кругах, всё вкладывает в расширение. «Лить, пока люди хотят пить!» — работает в его случае заменой русской поговорки: «Куй железо, пока горячо».
В конверте — что-то вроде премии. Так сильно впечатлен дядюшка режиссера. В его ролике снялась самая юная обладательница национальной премии! В пухлом конверте (мы вскроем его дома) сто тысяч юаней.
— Я не уверен, найдется ли у вас время, — нетипично вежлив щегол. — Но еще мой дядя просил узнать. Возможно, вы могли бы создать еще один рекламный шедевр? Теперь — для минеральной воды? Конечно же, с ролью для Мэйли.
Мамочка обещает поразмыслить. Просит понять: дочка ходит в детский сад. Даже если сценарий будет готов быстро, снимать рекламу с графиком учебы шесть-один проблематично. Режиссер Ян заверяет, что ради участия меня, красивой такой, все изыщут способы, как подстроиться под мой график. Расстаемся мы довольные друг другом.
Съемки плюс учеба — реально напряг. С начала осени я только два контракта отработала. И те — повторные. Досняли видео с беговелом для производителя разных детских транспортных средств.
