Он тихо вошел в кабинет. У Киры даже не было сил обрадоваться его появлению. Но она все же встала и приготовилась внимательно его выслушать. Она выглядела уставшей, даже измученной. Лицо ее было бледным. Он подумал, что ему бы очень хотелось обнять ее и пожалеть. Возможно, именно так он бы и поступил раньше. Но теперь он знал всю правду. И память, словно шипящая ядовитая змея, жалила, воскрешая в голове те мерзкие фото в кабине лифта, где Киру лапал его брат. Шлюха. Продажная сука. Он сам возвел ее на пьедестал. Но даже сейчас, после всего этого, он хотел ее жестокой, похотливой страстью, превращающей человека в зверя, стремящегося утолить свой голод.
Кира не могла прочитать по лицу Алекса, о чем он думает. В затуманенном стрессом разуме не было ни единой мысли, способной вывести ее из оцепенения. Хотя сквозь массу бушующих в ее душе переживаний отчетливо пробивалась тревога. Что-то было не так. Алекс подошел к ней мягкой неторопливой поступью, не сказав ни слова, обнял ее и притянул к себе. В его движениях чувствовалась осторожность.
– Твои дела очень плохи, – прошептал Алекс ей на ухо и посмотрел странным, незнакомым ей взглядом. Так не смотрят люди, которые хотят тебе помочь. – Вероятнее всего, ты прямо из этого кабинета отправишься в полицейский участок, а затем и в тюрьму. Мой отец настроен настолько решительно, что даже не имеет значения, действительно ли ты виновна, – закончил он и посмотрел на нее, ожидая реакции.
Но какой могла быть ее реакция, если она уже знала, что ее подставила собственная мать. И перед законом отвечать придется только ей самой. Она не ждала ни от кого помощи, тем более от Алекса. Он ведь врал ей тоже. Должен был жениться на другой, меж тем не стеснялся использовать Киру развлекаясь. Алекс получил бы ее сегодня по доброй воле. Она бы послушно легла в постель, потому что любит его и ей казались ее наивные чувства взаимными. Теперь ничего не осталось. Все пошло прахом.
– Почему ты молчишь? – спросил Алекс. – Ты ведь уверяла меня, что невиновна.
Кира обреченно вздохнула и отступила на шаг. Он не подавал виду, но она чувствовала его презрение к себе интуитивно.
– Мне нечего ответить, – констатировала она и опустила глаза.
Алекс хмыкнул, и лицо его исказила гримаса насмешки.
– Прямо пожалеть тебя хочется, ведь так искусно играешь свою роль, – проговорил Алекс, издеваясь над ее положением.
Кире показалось, будто она встретилась с настоящим лицом Круза-младшего – надменным, жестоким и чужим. Стоящий перед ней мужчина хоть и был похож на Алекса, в которого она влюбилась, но казался незнакомцем.
– Или ты думала, что я ничего не узнаю, думала, смирюсь с тем, что ты сделала, и даже помогу выпутаться, – Алекс вкладывал в слова все свое презрение и смотрел на нее как на ничтожную дешевку, не стоящую его внимания.
Кира не смела винить его за такое отношение. В его глазах она преступница, и он имеет право злиться и оскорблять ее. Она позволит ему ругать себя. Только бы не смотрел так осуждающе, будто она предала его.
– Отвечай! – взревел он на весь кабинет, и лицо его стало свирепым и яростным.
Кире показалось, что он сейчас ударит ее, и даже приготовилась устоять на ногах. Ее пробрало страхом от безысходности и исходящего от Алекса гнева. Руки дрожали. Она старалась не заплакать. В горле застыл ком. Что она могла ему ответить?
– Я не прошу тебя мне верить. Хотя могу объяснить случившееся. Но все равно окажусь виновной… В этой ситуации есть и моя вина. Я признаю это...
Ее голос оборвался от волнения. Она не могла найти подходящие слова. Только связывала воедино витающие в голове фразы. Алекс услышал то, что хотел услышать. Она признала вину. И этого было достаточно… пока.
– Отлично, – спокойно сказал Алекс.
Но это была обманчивая маска спокойствия.
Кира обхватила руками плечи, боясь вспыхнувшего гневом взгляда ледяных глаз.
– Я предлагаю сделку или выбор, – с лукавой ухмылкой продолжал издеваться Алекс. – Ты ведь так любишь всегда все по правилам, контрактам, договорам. Помнится, даже меня заставила следовать условиям дурацкой сделки, – сказал он тоном, полным двусмысленного подтекста и издевки.
В голосе его звучали злость и раздражение. Нет сомнения, что Алекс уготовил для нее месть и собирался воплотить свой план в жизнь. Кира насторожилась, но у нее не осталось сил сопротивляться такому сильному сопернику. Она была абсолютно уничтожена и сломлена.
– Этот выбор понравится тебе. Я уверен! – он подошел к ней совсем близко, отчего Кира почувствовала страх и захотела исчезнуть. Алекс сверлил ее презрительным взглядом и давил морально, демонстрируя свое превосходство. – С этой комнаты ты можешь попасть на тюремную койку или в мою постель. Конечно, выбор для тебя не сложный, – протянул он.
