Кира постаралась сохранить бесстрастность, хотя сердце ее тревожно забилось. Скорее всего Алекс приказал им доставить ее в свою темницу, но доктор ничего не должен понять.
– Думаю, это всего лишь излишние меры предосторожности, – ответила Кира.
– В таком случае мне остается только вас выписать и пожелать всего наилучшего, – доктор учтиво кивнул и вышел.
Как и предположила Кира, ее доставили в квартиру Алекса. Войдя в просторный мраморный холл, она ощутила такое знакомое ноющее волнение и предвкушение тягостного, горького ожидания, когда же Алекс решит ее судьбу. Она уже не обманывалась и знала, что в ближайшее время ей придется столкнуться с очередным испытанием ее стойкости. Кира стояла на пороге, будто боялась, что если сделает шаг вперед, то свалится с обрыва. Хотя ей именно так и казалось. В ней боролся здравый смысл и запоздало проснувшееся чувство собственного достоинства. Она закрыла глаза, измученно сопоставляя все «за» и «против». Собственно говоря, именно с таких мыслей началась ее хандра. И вот она снова в исходной точке. Ей отчаянно не хотелось в тюрьму. Но ее жизненный опыт, знание закона и беспощадность Крузов наводили на одну мысль – нужно постараться принять ситуацию, потому что другого выхода нет. Но все доводы ума и даже страх не могли заставить ее пройти дальше двух шагов от двери.
– Мисс Эштон, – услышала Кира и развернулась на знакомый взволнованный голос экономки. – Вы вернулись?
Кира замерла на месте: за спиной у Сары стоял Алекс. Их взгляды встретились. Вмешательство и суета экономки вывели Киру из ступора. Но ей показалось, что Алекс снова смотрел на нее теплым, будто влюбленным взглядом. Она не хотела больше в это верить и врать самой себе. Все это игра ее воображения.
Сара быстро подошла к ней и так радостно обняла, будто была ей, как минимум, верной подругой. Кира, не привыкшая даже к такому проявлению человечности, испытала неловкость. «Как глупо чувствовать в доме врага благодарность из-за банальной заботы», – подумала девушка.
– Я приготовила вашу комнату и теплую ванную. Вы, наверное, голодны? – экономка посмотрела на Алекса, будто передавая ему словесную эстафету.
Он мгновенно отреагировал и двинулся к ней, а Сара взволнованно умчалась на кухню.
Кира не знала, чего ей сейчас ждать от Круза. Она наблюдала за ним и оставалась на месте. Алекс остановился совсем рядом, в полушаге от нее. Девушка скрестила руки на груди, будто защищаясь от него.
– Ты заставила нас крепко поволноваться, – Алекс грустно улыбнулся. – Нам нужно многое обсудить, но пока доктор Фарел обязал меня отвечать за твое здоровье, и я намерен выполнить все его рекомендации.
– Не стоит так утруждать себя, мистер Круз. Мне хочется иметь четкие представления о моей дальнейшей судьбе, но… я предпочитаю прямо с этого порога поехать в отделение полиции.
Алекс принял серьезный вид.
– Все вопросы мы решим сегодня. Я не намерен задерживать тебя дольше сегодняшнего вечера.
Кира побелела как мел, не веря его словам и отчаянно надеясь, что сказанное им – правда.
Алекс дал ей возможность прийти в себя, принять ванну и немного отдохнуть. Кира поняла это по-другому. Видимо, вид у нее после больницы был непрезентабельный. Она посмотрела в зеркало и ужаснулась. Вот почему он так сказал. Он хотел ее тело, но она выглядела измученной. Наверное, он решил взять ее долг сегодня. Ему было наплевать на состояние. Но Кира готова была на все, лишь бы освободить себя от своего обещания. Она размышляла над тем, в какой одежде ей следует появиться перед Алексом. На выбор было платье, в котором ее привезли в день обвинения, вульгарный комплект нижнего белья и халат, в который сейчас была одета. Так как душу ее окончательно вымотали и истощили, выйти к нему она могла и голой. Ведь какая разница, что на ней надето.
Алекс волновался и с тревогой следил за дверью комнаты, из которой должна была выйти Кира. Сегодня он намеревался постараться хоть как-то загладить содеянное. Он знал, что его затея обречена на провал. Как только Кира узнает правду, между ними все будет кончено раз и навсегда. От этой мысли его воротило.
Дверь отрылась – и на пороге появилась Кира, одетая в белый халат. Его это удивило, но он не подал виду. Для него не важно было, как она одета. Только бы не злилась, не обижалась на него после его объяснений. Он был так виноват перед ней.
Она посмотрела на стол, искусно сервированный Сарой. Он наблюдал, как она приближается к столу уверенно и с достоинством, не пряча взгляда. Абсолютно бесстрастна. Алекс знал ее достаточно хорошо, чтоб понять: такое поведение свидетельствует о том, что она настроена вести себя исключительно в установленных правилами игры рамках.
