За этот период Управление входило в состав семи ведомств государственной безопасности, проходя при каждой перемене более или менее основательную ломку. В этот период Управление, как и вся страна, выступило из одной предвоенной ситуации, связанной с ГКЧП, прошло через другую предвоенную ситуацию, связанную с событиями сентября — октября 1993 года в Москве, и завершало в третьей предвоенной ситуации, связанной с решением о восстановлении конституционного порядка в Чечне. В этот период происходили полная смена экономического уклада и фундаментальные государственно-правовые преобразования, включая принятие Конституции Российской Федерации. Они повлекли декриминализацию одних и появление новых видов преступлений, усиление прямого и косвенного, в том числе через СМИ, общественного и парламентского контроля, прокурорского надзора за работой спецслужб. И, наконец, в этот период российские спецслужбы должны были работать в условиях серьезнейшей нехватки всего: правового обеспечения, внятной постановки задач заказчиком (президентом страны), поддержки общественных институтов.
Трудно найти аналогию столь неблагоприятным условиям. Тем более что Управление возглавил дилетант, политические взгляды и опыт которого были в лучшем случае отличны, а в крайнем случае — противоположны взглядам большинства сотрудников.
<p>Дебют</p>Драматургия переходных процессов была задана ликвидацией ГКЧП. В эти дни Управление сыграло важную роль, но не ту, которую им отводили режиссеры путча.
В. К-ко. В 1986–1996 годах руководил в Московском управлении разведывательной работой:
Утром понедельника 19 августа около 6 часов утра дежурный по Управлению сообщил о совещании у начальника в 10 часов. На мой вопрос о причинах столь экстренного вызова человека, находящегося в отпуске, было предложено слушать радио. Голос из репродуктора сообщил о болезни генсека Горбачёва и об образовании ГКЧП, принявшего на себя всю полноту власти. Несмотря на то что разброд и шатания в партии и проблемы в государстве секретом ни для кого не являлись, услышанное прозвучало как гром среди ясного дня. Неоднократно приходилось читать как открытую, так и специнформацию о государственных переворотах в различных экзотических странах, но ожидать что-либо подобное в нашей великой державе… То, что речь идет именно об этом, сомнений у меня почти не вызвало.
К назначенному времени в приемной начальника Управления Прилукова собрались руководители подразделений аппарата Управления и те, кто работал «на земле», в Москве и в области.
Начальник был в Центре. Напряжение, как говорится, висело в воздухе. Информации почти никакой. Наконец появилось руководство Управления, и всех пригласили в зал, где проводились заседания Коллегии и большие совещания.
Генерал Прилуков сообщил о задачах подразделений Управления в условиях правового режима чрезвычайного положения. Было предложено довести до личного состава подразделений, что оно введено в стране в соответствии с Законом «О правовом режиме чрезвычайного положения», принятом Верховным Советом СССР в апреле 1990 года, и рекомендовано проработать с сотрудниками основные положения этого союзного Закона.
