Позицию устроил за поваленным деревом — бревно оказалось не слишком большим в обхвате, но лежало под углом, опираясь одним концом на остатки кроны — это позволяло устроить стоячую позицию, оперев свой «Реш-К600» на его сухую кору. Устроив на дереве оружие, взялся за бинокль и стал рассматривать цель: оба броневичка встали кабинами к озеру, закрывая ему, таким образом, вид на боковые выходы из машин. Зато вот пушка на главной боевой единице, если его вдруг как-то засекут, вполне может его и неплохо приласкать. Последнее наблюдение заставляло нервничать охотника, так как одно попадание снаряда рядом с ним будет для него фатальным,… хотя мужчина сомневался, что по нему станут долбить из пушечки, ведь мертвый он не сможет им вернуть имущество корпорации.
Когда ближе к вечеру в лагере противника наметилось непонятное оживление, траппер отставил бинокль и прильнул к окуляру прицельного устройства — умная техника гронцев выдавала в зрачок стрелку не круг с узким обзором, а небольшой прямоугольник, где кроме цели охотник мог наблюдать и небольшое пространство рядом с ней. Такой себе небольшой экран с прицельной сеткой посредине и несколькими цифрами, которые требовались для точной наводки — Вик сразу же подкорректировал прицел парой щелчков.
Очевидно бойцам надоело безвылазно торчать в машине, и они поняли, что с ними никто не собирается лично встречаться — несколько человек, в том числе и девушка-проводница вышли наружу и стали осматриваться в бинокли. Траппер решил, что тянуть больше не стоит — скоро начнет темнеть и надо готовиться ко второй части партизанской войны.
— Так, подруга, извини,… но ты оказалась сучкой! — пробормотал наш герой и поймал грудь девушки в центр прицела — денег на мне тебе теперь точно не заработать! Баммм!
Винтовка громко рявкнула и ощутимо толкнула в плечо. Баммм! Баммм! Виктор успел сделать еще два выстрела, и, как ему показалось смог уложить даже одного бойца, как уловил в окуляр вспышку на башне броневика, а через секунду-другую в пяти метрах спереди взорвалась трава, и его окатило комками земли и волной упругого горячего воздуха. Удивившись такой быстрой и точной реакции оппонентов, сорвал винтовку со ствола и, развернувшись на 1800, рванул между деревьев к своему флаеру. Ответка от бойцов неприятно поразила и напрягла охотника: уж слишком быстро и слишком резко ответили, а это как-то не вязалось с тем, что он им нужен живым. И снова взрыв, на этот раз ближе и точнее — удар воздуха и чего-то твердого резко толкнуло в спину, мужчина споткнулся и полетел в траву, выронив на лету из рук винтовку, а вдогонку еще что-то обожгло и ударило болью. Застонав от ощущений, нашарил лежа упавшее оружие и стал карабкаться, пытаясь встать на колени хотя бы, чтобы убежать подальше от слишком меткого стрелка — но больше выстрелов не было почему-то. Однако боль в спине, ближе к левой руке доставляла страдания, а кроме того, охотник чувствовал, что открылось кровотечение, так как комбинезон сзади неприятно прилип к телу, и кровь медленно опускалась вниз.
Добрался до аппарата со стонами и слезами боли на глазах лишь через двадцать минут — кое-как забрался внутрь и повалился в кресло, зашипев от новой волны ощущений, подумав еще, что надо отсюда срочно валить, пока голова еще соображает и может управлять машиной. В процессе короткого перелета, длившегося минут двадцать-тридцать на глаз, боль понемногу утихала, а еще через полчаса мужчина смог безболезненно опереться спиной на кресло. Немного поев и попив, утолив необъяснимо сильную жажду, возникшую ни с того, ни с сего, незаметно для себя задремал и уснул в кресле, провалившись в тяжелый сон с плохими сновидениями. Проснулся ближе к обеду и поморщился: в кабине душно, ощутимо воняет потом, кровью и мочой — очевидно вчера, когда рядом с ним разорвался снаряд, он непроизвольно обделался от страха.
— Хорошо, что не обгадился по-крупному — поморщился наш герой и пошевелил телом — комбинезон прилип к коже и отходил от нее весьма болезненно.
Попробовал надавить на болевшее вчера место, сильно прижавшись спиной к креслу — почти не болело, значит, скорее всего, задело осколком, а не вошло в тело — в таком случае сейчас все бы было намного хуже. Пять минут вылезал из кабины, стараясь не делать резких движений — чистый воздух немного проветрил мозги, но не освежил — сейчас полдень, самая высокая температура вокруг, однако после вонючей атмосферы кабины с облегчением вдохнул полной грудью.
— Мда,… повоевал — грустно протянул траппер, осматриваясь вокруг и осматривая себя — надо помыться и переодеться, да и кресло не мешает отмыть после вчерашнего себя!
