Выпили, не чокаясь. Лера мысленно еще раз поблагодарила Светлану Степановну за все. Письмо от старушки без труда всплыло в памяти. Исаева помнила его дословно.
Без нежных слов и признательности, но зачем они, когда дела говорят громче?! Благодаря покойной Лера теперь и без Феликса обрела неплохой капитал. В коробке оказались слитки золота и украшения с драгоценными камнями. Самые крупные были сейчас на Исаевой.
— У меня есть кое-что для тебя, — с видом фокусника Феликс положил на стол бархатную коробочку известного ювелирного бренда. — Примеришь?
От смущения Лера пробормотала что-то не слишком вразумительное. В голове уже немного шумело. Она послушно встала и повернулась спиной к мужу. Разгоряченную кожу коснулся холодный металл. Лера тут же дотронулась до колье.
— Не стоило, — хрипло проговорила она и повернулась лицом к мужу. — Правда, это слишком…
— Стоило! — серьезно ответил Феликс. — Еще как стоило.
И не позволив Лере дальше спорить, он чуть наклонился и поцеловал ее в губы.
Глава 26
От неожиданности Лера оцепенела. Температура воздуха, казалось, подскочила на несколько градусов. Первые несколько секунд Исаева растерянно позволяла себя целовать, а потом…
То ли пара бокалов сделали свое дело, то ли ликование от первой победы над Титовыми, а может дело было в том, что так умопомрачительно Леру никогда прежде не целовали.
Поэтому вместо того, чтобы оттолкнуть Исаева, который сам же нарушил свои правила, Лера прильнула к нему, выбросив из головы все разумные, правильные мысли.
Она ответила на поцелуй. Пусть не так умело, как Феликс, пусть порывисто, но совершенно искренне.
Как же хотелось тепла и нежности, признания, что достойна внимания настоящего мужчины! Что она может быть счастливой!
Поцелуй становился все более откровенным, теперь уже Исаев перехватил инициативу. И Лера испугалась. Оттолкнула мужа и сама отступила на шаг. Произошло это в тот момент, когда Феликс уже сам не удерживал ее. Все получилось как бы само собой.
Голова больше не кружилась, на место эйфории пришла неловкость. Лера не знала, что сказать, как вести себя после этого спонтанного, но такого горячего поцелуя. Хотелось прижать ладони к разгоряченным щекам, а еще лучше побрызгать в лицо холодной водой.
Господи, что она сделала? Зачем? А он? Кто его просил ее целовать? Нужно было сразу пресечь это. А теперь так неловко, что уже и праздновать ничего не хочется.
— Носи его почаще, — как ни в чем не бывало промолвил Феликс. Лера даже не сразу сообразила, что он это про колье.
— Конечно, — кивнула она и села обратно за стол, потрогала пальцами золотую цепочку. — Спасибо!
Разговор не клеился, да и атмосфера заметно изменилась, потеряла свою легкость и непринужденность. Исаев все больше молчал, иногда хмурился, изредка задавая Лере вопросы о действиях других директоров на совете.
И ни слова о том, что только что произошло. Лера не считала себя наивным романтиком, который может сойти с ума от одного поцелуя, но не могла отделаться от чувства неловкости и… обмана. Не может такой поцелуй, от которого ее до сих пор потряхивало, не иметь продолжения! Вот и ждала, что он хоть что-то ей скажет.
Но Феликс ничего не сказал, выгялдел слишком задумчивым, даже не сразу отвечал Лере, чего прежде никогда не позволял. У нее даже сложилось впечатление, что он ждет не дождется, когда они закончат и поедут домой.
Вот тут Лера ошиблась. Домой Исаев не собирался.
— У меня еще кое-какие дела, — сказал, усаживая ее в машину. — Спасибо за прекрасный вечер. Ты умница, дорогая! Спокойной ночи!
А утром, когда Лера проснулась, в ее спальне уже стоял свежий букет из садовых роз. Впервые она не обрадовалась вниманию мужа. Стыдно признаться, но она ждала другого.
После заседания совета директоров для Леры наступило затишье. Феликс, конечно, держал ее в курсе событий, но больше предоставлял ее самой себе. Их отношения казались как и прежде ровными и доброжелательными. Но для Леры это было не так. Что-то изменилось. И хотя она с внутренней дрожью вспоминала их поцелуй, в глубине души чувствовала, что продолжения не будет. Сама Лера на откровенный разговор с мужем не решалась. Да и что она ему скажет? Зачем ты меня тогда поцеловал? Что это было вообще? Как-то совсем инфантильно и жалко.
