Ни время, ни воины Морриса не потрепали, внешне так точно. Лейтенант больше напоминал какого-то бизнесмена потерявшегося в лагере. Даже длинные волосы, всегда убранные назад в хвост, были чисты и блестели от излишка лака. В отличие от майора, почти облысевшего к сорока годам.
— Какие-нибудь сообщение из Вашингтона? — снова спросил Ковальски, попытавшись пригладить волосы, точнее их остаток, на затылке. Моррис на его действие ехидно ухмыльнулся, но от комментариев воздержался.
— Ничего нового.
— К прибытию субъекта 003 всё готово?
— Конечно. Нашему почётному гостю выделили лучшую палату. Можешь и сам взглянуть, — развел руки лейтенант.
— Взгляну, будь уверен. Как только 003 окажется на базе.
Ковальски прочистил горло, разразившись громким кашлем. В присутствие Морриса у него всегда возникало странное чувство аллергии в горле.
— Принести воды? — учтиво просил тот, но губы едва сдерживали улыбку.
— Не нужно.
— Вертолет с субъектом должен прибыть только через пару часов, можешь пока поспать, друг.
— Во сне нет необходимости, — мотнул головой майор.
Заснуть он всё равно не сможет, зная ЧТО летит к ним. Майор надеялся, что сдержит себя и не прыгнет в вертолет, требуя отвезти его куда подальше в безопасное место. Вот только где было это безопасное место. В другой стране? Из-за рубежа никаких новостей за последние несколько недель.
Ковальски устало потёр переносицу, разглаживая выступившие морщины, и присел обратно на свой стул. Моррис остался стоять недалеко от стола, сложив руки за спиной. Взгляд майора вновь скользнул по карте, выученную вдоль и поперек. Если ситуация выйдет из-под контроля, если Стревенсон не справится и всё это окажется бессмысленно… Так много «если».
Майор посмотрел на самую выделенную черную точку на карте. «Новус». Где-то там находился учёный, если по дороге ничего не случилось. Как бы он не желал смерти Стревенсона, ещё рано, доктор должен найти лекарство. А вот потом его судьбу будет предопределять настоящий суд, где он ответит за свои преступления.
— Выглядишь не очень, майор, — нарушил тишину Моррис, подходя ближе.
— Тяжелые времена вокруг, очень тяжелые.
— Верно. Вирус, мутанты, везде смерть…
— Готов поспорить тебе нравится новый мир, лейтенант. Тебе в нём комфортно, никогда ты ещё так не сеял, как в окружении мертвецов.
— Какая ложь, — притворно возмутился тот, тут же рассмеявшись и схватившись за сердце. — Может я рад по другим причинам. Скоро это может всё закончится, нас прославят на мир, как тех, кто смог победить вирус.
— «Прославят на мир…». Неужели ты правда такой наивный? Ясно чего ты хочешь, славы и признания. Я же хочу просто вернутся домой, к семье. Как и остальные адекватные люди.
— Скучные ты хотел сказать, но я тебя понял.
Майор промолчал, но набычившись взглянул на своего сослуживца. Как же он был ему противен, но Моррис почему-то упорно продолжал называть его другом. Скорее кровные враги, Ковальски знал, как рассердился его «друг», когда назначили во главе операции его — Ковальски, а не Джо, хоть тот своего недовольства и не показывал, но майор видел это в его акульих хищных глазах.
Помимо карты на столе лежал ноутбук. Да, сети практически не осталось, но иногда военные сообщение пробивались к нему. Ковальски вновь пробежался по полученному четы дня письму. Краткому, но очень важному:
«Станция В. пала, выживших почти не осталось, субъект 003 будет направлен в более безопасное место, к вам, по приказу С. Время прибытия 03:42»
Сейчас лишь около полуночи.
Майор откинулся назад на стуле, прикрыв глаза.
Так значит станции, если точнее убежища, в Вашингтоне больше нет. Это усугубляло ситуацию. Куда им в таком случае возвращаться после завершения их операции? Черт, нужно достать этот сукиного сына живым, ему лучше знать, что делать дальше. Ещё и с этим… 003.
— Что делать с этой тварью? — будто прочитав мысли, резко спросил Моррис, решив наконец сесть на стул рядом. Со скучающим видом, он стал трогать корешок карты, двигая ей туда-обратно.
— С какой из?
— С прибывающим субъектом, конечно. Парни недовольны терпеть это в лагере.
— Это не мои проблемы. Приказ есть приказ, и даже я не могу с этим ничего поделать, — глухо ответил Ковальски, сложив руки за головой. — Тем более, вы же терпели мутантов Стревенсона столько недель.
— Ох, это другое, друг мой. Тех тварей мы изучали, их слабые стороны, сильные и так далее. Сам знаешь это принесло плоды. Мутанты здорово навредили всем нашим парням или их семьям, они все были рады слышать их крики. Ну все, кроме тебя. А с этой штукой… придется её сторожить и лелеять, заботится больше чем о себе.
— Ещё раз скажу, приказ. И никого иного как твоего излюбленного учёного.
— Стревенсон, — присвистнул лейтенант, приподнявшись. — Славный малый, хоть и немного поехавший.
— Удивительно, но некоторые говорят так и про тебя.
— Пусть так. Мы на краю гибели мира, друг, какая разница…
