За ночь ветер не стих, а, напротив, разошёлся ещё сильнее. Во дворе он разъярённо метался меж стен и трепал чёрные плащи монахов, сутулившихся и втягивавших головы в плечи под яростными порывами. Каетано видел их внизу сквозь маленькое окно в коридоре. Как он и ожидал, в его отсутствие кто-то обыскал келью. Конечно, они ничего не нашли, но это ничего не значило. Его подозревают. Возможно, ночью в монастырь прибыл гонец, значит, инквизиторы поняли, куда он скрылся, и шлют сообщения о маге-ренегате. Они напуганы, они знаю, чем грозит появление некроманта, и потому боятся. "Пусть боятся". - подумал Каетано с мрачным удовольствием. Вынув из кармана футляр со свёрнутой картой, он запер дверь и развернул карту на столе. До порта от монастыря было сравнительно недалеко, но в бурю и пешком дорога могла занять больше времени, чем он планировал. Через неделю отбывает последний корабль, и, если он опоздает теперь, придётся остаться до весны.
Колдун непроизвольно дотронулся до груди. Он не сможет ждать так долго, времени у него совсем нет.
Быстро собрав вещи, Каетано затянул верёвку на горловине дорожного мешка и закинул его за плечи. В коридоре было пусто. Добежав до середины, он наугад заглянул в первую попавшуюся келью, бормоча ругательства, снял с окна тяжёлые ставни, выглянул наружу -- окно выходило на пустующий задний двор. Ухватившись за край крыши, Каетано подтянулся и вскарабкался наверх; пробежал по водостоку до угла, оттуда перепрыгнул на ветку ясеня, как нарочно росшего почти под самыми окнами. С ветки он едва не соскользнул, но всё-таки удержался и с грехом пополам спустился на землю. Сердце бешено колотилось под взопревшей рубашкой, руки и ноги дрожали, зато он смог выбраться из общинного дома незаметно. Колдун сжал зубы, мазнул взглядом по закрытым окнам -- не видел ли кто?.. Но дворик был огорожен стенами жилого дома и трапезной, сюда никто не ходил.
Добежав до внешней стены, он взобрался по каменной лестнице наверх. Бойницы, с узкими стоками, куда в случае осады предполагалось лить смолу или кипяток, не смогли бы пропустить здорового взрослого человека, но для Каетано протиснуться в них оказалось вполне возможным. Он пропихнул наружу сумку, и выглянул, прикидывая высоту.
- Чтоб мне... - прошептал колдун. - А снизу так высоко не казалось... Если не сработает, я сверну себе шею... нет, так думать нельзя, нельзя...
Он закрыл глаза и с минуту сидел неподвижно.
"Высоты нет, я прыгаю на метр, не больше. Высоты нет..."
Не открывая глаз, он пролез сквозь бойницу и спрыгнул. И только когда ноги мягко спружинили о землю, позволил себе испугаться.
- Дьявол забери тех, кто придумал такие высокие стены. - шёпотом ругался он, сбегая вниз по склону. Его тёмный плащ быстро затерялся среди чёрных стволов деревьев.
3. (Книга Сириуса) Около века назад...
Вокруг, насколько хватает глаз, только пески. В воздухе плывёт дрожащее марево, в небе светит раскалённое добела солнце. Жарко...
Сириус отцепил от седла бурдюк с водой и сделал несколько жадных глотков.
День медленно полз к вечеру, и казалось, что солнце вовсе не движется к горизонту: в пустыне ночь приходит незаметно, она точно набрасывает покрывало на землю, в один момент сменяя нестерпимую жару жгучим холодом. Такие перепады уже порядком надоели магу, привыкшему к холодному и неизменному климату своей родины. Он даже начал замечать, что резкая смена жары и холода как-то действует на его восприятие. Будь поблизости люди, он, надо думать, срывал бы на них своё раздражение, но на много лиг вокруг не просматривалось ни одного живого существа, не считая песчаных муравьев, ящериц и его собственного верблюда, срываться на которого было бы уже явным признаком неуравновешенности. Верблюда такие тонкости не волновали: "корабль пустыни" плавно вышагивал по намеченному пути, мерно покачиваясь на ходу. Романтичное название проклятой зверюги вполне себя оправдывало, в том смысле, что с непривычки мутило Сириуса почти в точности, как на настоящем корабле.
- У меня уже мозги плавятся. - пожаловался маг верблюду.
Верблюд проигнорировал его с достойным стоика равнодушием.
- Не удивительно, что люди здесь с ума сходят, - продолжал болтать Сириус (ответа от верблюда он, понятно, не ожидал). - Этот Абдул аль Хазред точно был сумасшедшим, иначе не скитался бы полжизни по пустыням. Хотя надо признать, сумасшествие пошло ему на пользу...
Сириус запрокинул голову, сощурившись, посмотрел на солнце. Если он правильно понял карту, ехать оставалось не так далеко. Запустив руку в сумку, он бережно извлёк продолговатый предмет, завёрнутый в бархатную материю. Размотав ткань, Сириус выложил на ладонь кусочек слюды, плоский, длинной примерно в два пальца. Сверкая на солнце, он казался тоненьким куском льда. Маг подышал на гладкую поверхность, потёр её рукавом и легонько подбросил в воздух -- слюдяной осколок завис перед его глазами.