Я знаю - ты врёшь! полностью

Ролл спокойно сидел в «Чайном сервизе» в обнимку с тарелкой, на которой оставался совсем крошечный кусочек шоколадного торта. По сторонам он не смотрел, но Глеб Калина точно знал — его появление не станет для друга неожиданностью.

— Ну и что там у тебя за беда? — поинтересовался Ролл задумчиво, разглядывая тортик. Глеб вздохнул. Бухнулся на стул рядом, с тоской посмотрел на официанта, который не спешил подходить к клиенту, болтая с симпатичной девушкой на кассе, и, изобразив страдальческое выражение на смазливой мордашке, уставился на друга.

— На театральном поприще тебе до меня как до Китая, друг мой.

Можешь оставить жалкие попытки изобразить страдание и сразу перейти к сути вопроса, — насмешливо протянул Ролл, бросив на Глеба изучающий взгляд.

— Катька достала, — не обратив внимания на замечание Тима, пожаловался Глеб.

— Ну так переспи с ней — может она и отстанет, — посоветовал Ролл. Глеб печально сморщился.

— Во-первых, мне противно спать с девушкой, если не испытываю к ней хотя бы симпатии… А во-вторых, что если ей понравится? Она тогда вообще от меня не отстанет!

— Ух ты ж, брезгливый какой. И что ты хочешь? Радикальных мер? — Тим, наконец, с сожалением положил в рот последний кусочек тортика и, вопросительно приподняв брови, уставился на Глеба. Калина сморщился снова, прекрасно понимая, что ничего особо хорошего от Тима ждать не приходится. Но видимо Катька действительно его достала и парень кивнул, словно вверяя свое ближайшее будущее в руки друга. Ролл хмыкнул — предвкушающе. Глеб вздрогнул — он прекрасно знал, что Тим никогда не отказывает друзьям и даже просто знакомым, но помощь его всегда имеет некоторые… последствия. Впрочем, по скромному мнению Глеба последствия эти неизменно бывали лучше самой проблемы, причем значительно, а значит, игра стоила свеч.

— Ладно уж, — прогнозируемо кивнул Ролл. — Что-нибудь придумаем.

Только за последствия я не отвечаю. Глеб согласно кивнул — на душе стало безмерно легче. Они покинули кафе и свернули к выходу из торгового центра, обходя небольшой импровизированный сад посреди первого этажа. Но, если Глеб, погрузившийся в свои мысли, так и шел прямо, то его друг неожиданно свернул направо, решив обойти кадушки с пальмами с другой стороны, и скоро скрылся из вида. То, что он совершенно один Глеб заметил лишь тогда, когда всего в нескольких метрах от него возникла та самая Катя, встреч с которой молодому человеку так хотелось избежать. Надеяться, что девушка его не заметила было по меньшей мере глупо. Тем более, что Катя уже раздвинула губки в призывной улыбке, больше смахивающий на оскал изголодавшегося хищника.

— Глеб! — воскликнула девица, пошире распахивая руки — возможно, для радостных объятий, а может просто для того, чтобы наглядно показать, что добыче не скрыться от ее загребущих конечностей. — Я так рада тебя видеть, любимый! Глеб передернулся и замер. Нет, он не был мямлей по жизни, но почему-то некоторые девушки, вызывали в нем непреодолимое чувство ступора. Глеб чувствовал себя натуральным бараном, но поделать с этим ничего не мог — просто стоял и смотрел, как Катерина приближается к нему с неумолимостью паровоза, катящего по рельсам на встречу светлому будущему. И это «светлое будущее» безмерно пугало светловолосого парня.

— Катя, знаешь… — начал он, неожиданно найдя в себе силы наконец отшить девушку. — Я давно хотел тебе сказать… Начало Глебовой речи Кате не понравилось — ее лицо недовольно скривилось, взгляд стал жестким, лучше любых фраз сообщая что, вырваться Глебу из нежных объятий Катерины не удастся. Тем более, что до воссоединения с любимым оставалось не более метра, а уж там она вцепиться в него руками и ногами. Какого же было ее удивление, когда прямо перед ее носом возникла здоровенная фигура (очень симпатичная, надо признать, фигура) какого-то амбала, загородившая от нее обожаемую «жертву».

— Здравствуй, Глебушка! — воскликнул амбал, подхватывая Глеба, её Глеба! в свои объятия и, крепко прижимая к себе, нежно проворковал:

— Я так скучал по тебе, солнышко моё! Возможно Катерина смогла бы избежать шока, если бы Глеб, например, принялся вырываться — вряд ли бы у него получилось выбраться из таких вот медвежьих объятий, но Кате хватило бы и самой завалящей попытки с его стороны сделать это. Однако Глеб ничего подобного делать не собирался, наоборот, вцепился в амбала, словно утопающий за круг.

— Я думал ты меня бросил, — услышала Катерина нервный шепот своего или уже не своего? «возлюбленного».