Анхель де Куатьэ нарушил обет молчания! Чтобы рассказать нам о том, как это — «быть собой»…У каждого человека есть свой ангел. И этот ангел — его бессмертная душа. Но мы совершенно не знаем, не любим и не ценим своего ангела. Мы не умеем беречь свою душу.Когда Ева оказалась на краю жизни, когда боль разорвала ей сердце, когда жизнь повернулась к ней темной стороной, она обратилась к Богу. И испытала восторг! Она была счастлива! Только вот… она предала своего ангела.И потому увидела все лики любви, которые только может познать человек. Бог мстит за предательство…Пройти через Тьму, чтобы увидеть Свет… Для кого ты хранишь свое Яблоко?..
Анхель де Куатьэ нарушил обет молчания! Чтобы рассказать нам о том, как это — «быть собой»…
У каждого человека есть свой ангел. И этот ангел — его бессмертная душа. Но мы совершенно не знаем, не любим и не ценим своего ангела. Мы не умеем беречь свою душу.
Когда Ева оказалась на краю жизни, когда боль разорвала ей сердце, когда жизнь повернулась к ней темной стороной, она обратилась к Богу. И испытала восторг! Она была счастлива! Только вот… она предала своего ангела.
И потому увидела все лики любви, которые только может познать человек. Бог мстит за предательство…
Пройти через Тьму, чтобы увидеть Свет… Для кого ты хранишь свое Яблоко?..
Сайт, посвященный Анхелю де Куатьэ www.kuate.ru
Когда-то очень давно, еще в раннем детстве, я узнал о том, что моряки, терпящие бедствие в море, передают сигнал «SOS» — Save Our Souls, спасите наши души. Я удивился — почему они просят спасти души, а не жизни? Разве душа смертна? — думал я. Смертность души… Какое-то предельно неправильное, ошибочное сочетание слов. Да, смерть — это неотъемлемая часть жизни. Да, она неизбежна. Да, все мы умрем. Но душа?.. Разве она может умереть? Почему люди вообще подвергли сомнению бессмертие души?
Долгие годы я возвращался к этому вопросу. Не специально, но возвращался. Я даже не пытался на него ответить, просто чувствовал какую-то неловкость. Но потом, вдруг, понял, что у этого странного феномена особая природа. Есть причины, почему мы сомневаемся в бессмертии нашей души. Какие?.. Когда я стал размышлять об этом, то ответ, который я получил, поверг меня в самое настоящее оцепенение. Понимаю, что не многие смогут сразу это принять. Возможно, мой вывод кого-то шокирует. Кто-то открыто не согласится. Но все же я должен сказать об этом…
Человек хочет убить свою душу — в этом все дело.
Абсурдное, парадоксальное, нелепое, немыслимое предположение… Кажется, что этого просто не может быть. Бред сумасшедшего! Но все это только на первый взгляд. И это нормальная
Просто нужно иметь мужество. Мужество сомневаться в том, что наши представления о мире верны. Мужество допустить то, что наши представления о самих себе ложны. Мужество признаться себе в том, что мы не знаем ответов на все вопросы и более того — многие из этих вопросов пока даже правильно не поставлены. Сократ шутил: «Я знаю то, что я ничего не знаю». Это мужество, известное Сократу, жившему две с половиной тысячи лет назад, совершенно незнакомо современному человеку, который пребывает в тотальной иллюзии, что мир ему понятен, понятен он сам и его поведение. Это не так.
Давайте попробуем исходить в своих рассуждениях из предположения, что человек, на самом деле, тяготится своей душой, что она ему мешает и он подумывает о том, как освободить себя от этого тяжкого бремени. Как было бы, если бы это было так… Я понимаю, что само это мое предположение покажется кому-то кощунственным. Но если нас интересует истина, можем ли мы позволить себе поддаться собственной растерянности и пойдем ли на поводу у своего страха? К сожалению, можем. Более того, именно так и поступаем. Но ближе ли становится к нам истина? Нет, конечно. А вот иллюзии…
В какой мир попадает душа, обретая тело, вселяясь в телесную оболочку конкретного человека? Назвать этот мир добрым, счастливым, беззаботным, полным Света и Красоты… Сложно. Нет, он трудный, часто жестокий, полный испытаний, боли, отчаяния и душевной муки. Не будем лукавить с самими собой: будь этот мир каким-то другим, он мог бы быть гораздо, гораздо лучше. Но если душа бессмертна, если она не рождается и не умирает, значит, ей известны и другие миры. А коли так, то, по всей видимости, сравнение с этими другими мирами оказывается не в пользу нашего.
У Федора Достоевского где-то есть такая фраза, кажется, в романе «Братья Карамазовы»: «Я не в Бога не верую, я мира Его не принимаю!» Так, вероятно, могла бы сказать душа, если бы умела говорить, если бы мы могли ее слышать. Мир божественный, которому она принадлежит своей сущностью, — прямая противоположность нашему — земному — миру. Ее страдания понятны и оправданны. Она не принимает земной мир. Она тяготится его несправедливостью, сопоставляя ее с правотой того мира, в котором она некогда была счастлива. Душа сравнивает Небо и землю. Сравнивает и приходит в ужас, страдает.
