Однако неприятности Арлиана на этом не закончились. Перчатки пришли в полную негодность — очевидно, пары яда воспламенились, и кожа прогорела насквозь. Получалось, что яд можно было найти, не спускаясь вниз. В какой-то момент он сунул перчатки в лужу с ядом. Впрочем, Арлиан не жалел о том, что спустился на дно пещеры, иначе он не нашел бы убийцу своего деда.
Передняя часть жилета сильно обгорела, а на рубашке осталось большое черное пятно, да и борода покрылась сажей. Арлиан решил при первой же возможности зайти к цирюльнику.
Впрочем, после долгого путешествия это всегда необходимо.
К счастью, копье и заплечный мешок не пострадали; Арлиан убедился в том, что обе бутылки с ядом не разбились, а пробки на своих местах. Захватив куртку и плащ, он зашагал к выходу из пещеры. Легко взобравшись на второй выступ, он оказался в туннеле и начал долгий подъем на поверхность.
Воздух постепенно становился холоднее; один раз Арлиан сделал короткий привал, чтобы поесть сыру и соленого мяса. Он уже заканчивал трапезу, когда лампа мигнула в последний раз и погасла. Пришлось собирать вещи на ощупь, в полной темноте. Арлиан решил надеть куртку и плащ, понимая, что очень скоро они ему понадобятся.
У него не осталось воды, и он испытывал жажду после долгого пребывания в пещере, но на поверхности было полно снега, оставалось только добраться до выхода из туннеля.
К счастью, Арлиан не мог заблудиться — туннель не имел ответвлений и упрямо поднимался вверх. Он закинул мешок на спину, взял копье и решительно зашагал вперед.
Арлиан не знал, сколько времени занял обратный путь; он не считал ни шаги, ни удары сердца, лишь упрямо шел вперед, пока тьма впереди стала не такой густой.
Он ускорил шаг и через несколько минут оказался на поверхности. Ослепительно яркий свет заставил его закрыть глаза. Над головой сияло голубое небо, воздух был чистым и прозрачным; пальцы, более не защищенные сгоревшими перчатками, мучительно обожгло холодом.
Зачерпнув пригоршню снега, Арлиан отправил его в рот, утолил жажду, поплотнее запахнул плащ, засунул руки в теплые внутренние карманы и начал долгий путь в Мэнфорт.
Обычный человек наверняка потерял бы несколько пальцев и кончик носа на морозе во время обратного пути через горы, но Арлиан был обладателем сердца дракона, которое защищало его от ядов и болезней — и хотя пальцы и нос мучительно болели даже через несколько дней после возвращения в тепло цивилизации, они не почернели и не начали гнить.
Когда Арлиан добрался до Мэнфорта, зима подходила к концу; улицы освобождались от льда и снега, а музыка капели сопровождала горожан весь день, точно дождь, льющийся из невидимых на голубом солнечном небе туч.
Венлин проводил его в Серый Дом, и Арлиан обнаружил, что Ворон и его семья переехали — они не вышли его встречать. Он молча воспринял эту новость и не стал немедленно искать своего управляющего. Целый день Арлиан мылся, отдыхал и приходил в себя после долгого путешествия. Он заплатил служанке из таверны в деревушке, расположившийся у подножия гор, и девушка подстригла Арлиану волосы и бороду, но ему было Далеко до модников Мэнфорта, к тому же, пока добирался до Мэнфорта, волосы вновь отросли, поэтому он весь вечер просидел в ванне, предоставив Уолту заниматься его прической и бородой.
Таким образом Арлиану удалось избегать утомительных разговоров; Уолт не отличался словоохотливостью, а остальные слуги не осмеливались нарушить покой хозяина, пока он мылся. Кое-какие новости Арлиан узнал по дороге, выяснив, что ничего особенно важного за время его отсутствия не произошло. Ему совсем не хотелось рассказывать о своих приключениях и заниматься текущими делами. Они вполне могут подождать до завтра.
Более того, пока Арлиан лежал в теплой воде, предоставив Уолту заниматься своей внешностью, он решил вообще не тратить время на домашние дела. Ему хотелось немедленно приступить к исследованиям, а значит, освободить Серый Дом от слуг, чтобы никто, кроме него, не рисковал жизнью.
Впрочем, и эту проблему он решит завтра. Арлиан закрыл глаза, наслаждаясь теплом и покоем.
На следующее утро Арлиан позавтракал и послал герцогу донесение, что благополучно вернулся в Мэнфорт, собрав необходимые материалы для своих экспериментов, и просит разрешения немедленно приступить к работе, не отвлекаясь на посещение Цитадели. Покончив с письмом, он собрал оставшихся в доме гостей и слуг, чтобы сообщить о том, что им следует в самое ближайшее время освободить дом.
— Но куда мы пойдем, милорд? — спросила Лилсинир. — Тивиш говорит, что в последнее время в Цитадели не слишком охотно принимают гостей.
— Нам следует перебраться в ваш новый дом? — спросил Уолт.
— Новый дом? — удивился Арлиан.
— Да, конечно, — с недоумением ответил лакей. — Дом, который строит ваш управляющий на месте Старого Дворца.
Арлиан ненадолго задумался.
— Ворон строит для меня дом?
Очевидно, Уолт сообразил, что это новость для его хозяина, и теперь явно не понимал, как она будет принята.
— Да, милорд, — коротко ответил он.
— И давно?
