— Не торопись, — шепнула Ника, не отрываясь от его рта. — Ты знаешь, здесь все по-другому. Мы как древние люди, да? И все это ритуал: эта купель, трава, гора и мы!
— И волк по кличке Капитан. Ты полосатая от солнца…
Они лежали нагие, их длинные тонкие тела казались бледными невиданными растениями — возможно, грибами или побегами гигантских папоротников…
…Ника научилась печь хлеб. В полнейшем восторге она затормошила спящего Тима и закричала:
— Смотри, что я принесла! — Она положила ему на живот рыжий каравай, одуряюще пахнущий только что испеченным хлебом. — Горячий еще! Вставай, будем завтракать.
Теплый хлеб, парное молоко и мед — так завтракали, наверное, олимпийские боги.
— Кофе не хочешь? — спросил Тим.
Ника только головой мотнула — была занята, слизывала мед с пальцев.
— Знаешь, у них тут натуральное хозяйство. Как тысячу лет назад. Хлеб сами пекут, мед, сахар не нужен, яблоки, груши, вон, сколько шелковицы, и еще огород.
— А мука откуда? — снисходительно отозвался Тим. — Вот если бы и пшеницу сеяли…
— Не обязательно! Их племя выменивает муку на мед. И соль, и лен. Здесь нет ни газет, ни телевизора, ни телефона. Кстати, ты заметил: нам ни разу никто не позвонил? И электричества здесь тоже нет.
— Телефоны разрядились. Может, смотаемся в город? Купим кофе, газет, увидимся с ребятами, а? В ванне посидим…
— Давай попозже, жалко терять такой день. Кроме того, вечером мы идем в гости.
— Куда?
— Говорю же, в гости. Люба ведет нас к Наталье Антоновне.
— А это еще кто?
— Местная травница.
— Ведьма?
— Не знаю. Люба говорит, Наталья Антоновна врач. Переселилась сюда после смерти мужа, уже давно. Люба сказала, она его уморила! — Последние слова Ника прошептала.
— Как это уморила? Отравила?
— Ага. Он очень болел, а она стала лечить его травами, а они не всем помогают. Он и умер.
— Ничего себе! А кого она теперь морит?
Ника пожала плечами:
— Они тут все собирают травы и грибы. Наталья Антоновна у них за старшую. Остальные совсем простые, вроде Любы. Она умная, начальником была, вроде главным врачом города.
— А много их тут?
— Не очень. Я думаю, их двенадцать, как знаков Зодиака. Причем одни женщины. Вдовы. А некоторые вообще всю жизнь одни. То есть мужчины есть, но мало и совсем старички. У Оксаны две лошади, у других коровы и овцы. Можно купить шерсть, Люба говорит, отдадут задешево. Купим, и я буду учиться вязать. Есть еще Катерина — совсем больная, не встает. Скоро помрет.
— Молодая?
— Катерина? Девяносто!
— А Любе сколько?
— Не знаю. Она совсем молодая, только лицо очень загорело. А так — молодая. И красивая.
— Не заметил.
— Ты просто не смотришь по сторонам. Уткнешься в свой ноутбук, а жизнь проходит мимо!
— Какая жизнь? Какой ноутбук? Какой Интернет? — рассмеялся Тим. — Да здесь время давно остановилось! И стоит на месте, никуда не идет. И вай-фая нет.
— Идет! Здесь тоже бывает зима. Гора стоит белая-белая, снег сыплет и сыплет. Мы приедем сюда зимой встречать Новый год на вершине, хочешь?
— Их же тут совсем засыпает.
— Ага! Даже Мишкина лавка не приезжает до самой весны.
— А деньги у них есть?
— В каком смысле? — удивилась Ника.
— В смысле купить что-нибудь, ну, там, керосин, соль? Спички, свечки какие-нибудь. На случай войны.
— Очень умно! По-моему, нет. Мишка берет у них мед, шерсть, сушеную траву и грибы и привозит что заказывают. Зачем им деньги? Может, у Натальи Антоновны и есть… Знаешь, у них был движок, давал электричество, сломался, два года уже. Люба спрашивала: может, ты посмотришь?
— Посмотреть можно, только я в них слабо понимаю.
— Ну хоть посмотри. У вас, мужчин, другой менталитет — вы должны чувствовать технику, я читала. Люба говорит, почти совсем новый. Она попросила Мишку, но тот вечно спешит, сильно деловой. А по-моему, просто не умеет. Люба говорит, он вообще какой-то недалекий и закладывает.
Тим пожал плечами:
— Мужик как мужик. Насчет движка… если настаиваешь, посмотрю, не жалко. Менталитет действительно разный — рад, что ты это понимаешь. — Тон у него был снисходительным.
— Ой-ой-ой, какие мы сложные!
— А то!
Он шутливо толкнул ее в плечо, она ответила, он толкнул еще раз, она расхохоталась…
Если вы быстро находите правду — значит, вы чего-то не замечаете.
— Оперативное совещание Клуба считаю открытым, — сказал Монах. — Что удалось нарыть?
Члены Детективного клуба уютно устроились под крылом у доброго Митрича. Пили пиво и беседовали на разные интересные темы. Как обычно, как всегда. На сей раз интересной темой была история семейства Мережко.
— Кое-что. В который раз прихожу к выводу, что счастливых семей не бывает, кого ни возьми, обязательно трагедия, слезы, надрыв. И счастливых браков тоже не бывает. Взять хотя бы тебя: ты был женат трижды и всякий раз сбегал, а почему?
