Взрыв термоядерной бомбы мощностью в 1 мегатонну сопровождается вспышкой света и выделением тепла такой невообразимой силы, что это находится за гранью человеческого разумения.[5] Температура в 100 млн градусов Цельсия в четыре-пять раз превышает температуру в центре Солнца.[6]
В первые доли миллисекунды после того, как термоядерная бомба поражает Пентагон под Вашингтоном, возникает вспышка света. Это мягкое рентгеновское излучение с очень короткой длиной волны.[7] Оно нагревает окружающий воздух до миллионных температур, создавая гигантский огненный шар, который расширяется со скоростью в миллионы километров в час. За считанные секунды диаметр огненного шара достигает почти двух километров. Интенсивность света и тепла такова, что бетонные поверхности взрываются, металлические предметы плавятся или испаряются, камень крошится, а люди мгновенно обугливаются.[8]
Пятиэтажное здание Пентагона площадью 600 000 квадратных метров и все, что находится внутри, взрывается, превращаясь в раскаленную пыль от первоначальной вспышки света и тепла. Стены рассыпаются в прах под натиском почти мгновенно настигшей их ударной волны. Все 27 000 работников погибают в ту же секунду.
В огненном шаре не остается ничего.
Абсолютно ничего.
В эпицентре — абсолютный ноль.[9]
Тепловое излучение от огненного шара, распространяясь со скоростью света, мгновенно воспламеняет все, что может гореть, на много километров вокруг.[10] Занавески, бумага, книги, деревянные заборы, одежда людей, сухая листва мгновенно вспыхивают и становятся топливом для гигантского огненного шторма. Он начинает пожирать территорию площадью более 260 квадратных километров, которая еще мгновение назад была центром американской власти и домом для 6 млн человек.[11]
В паре сотен метров от Пентагона Арлингтонское национальное кладбище — все его 260 гектаров — в мгновение ока превращается в пепелище. 400 тыс. могил павших героев, почти 4000 захоронений освобожденных рабов, живые посетители, пришедшие отдать дань памяти в этот весенний день, работники, ухаживающие за газонами и деревьями, гиды с туристами, почетный караул у Могилы Неизвестного солдата — все обращается в горстку сажи, в обугленные человеческие силуэты. Им, сгоревшим заживо, уже не придется испытать тот невообразимый кошмар, который только начинается для миллионов раненых, пока еще живых после этого первого внезапного ядерного удара.[12]
В полутора километрах к северо-востоку, на другом берегу Потомака, мемориалы Линкольна и Джефферсона превращаются в руины: их мраморные стены и колонны раскаляются, трескаются и рассыпаются.[13] Стальные и каменные мосты и магистрали, соединяющие эти исторические памятники с окрестностями, вздыбливаются и обрушиваются. К югу, за автострадой 395, современный торговый центр Fashion Centre в Пентагон-Сити с его многочисленными бутиками модной одежды и товаров для дома, окрестные рестораны и офисы, а также прилегающий отель Ritz-Carlton — все исчезает в одно мгновение. Потолочные перекрытия, деревянные конструкции, эскалаторы, люстры, ковры, мебель, манекены, собаки, белки, люди — все вспыхивает и горит. Конец марта, 15:36 по местному времени.
После взрыва прошло всего три секунды. В четырех километрах западнее, на бейсбольном стадионе «Нэшионалс Парк», 35 тыс. болельщиков наблюдают за игрой. В одно мгновение одежда большинства из них превращается в пылающий факел.[14] Кто не сгорает заживо в первые секунды, получает тяжелейшие ожоги третьей степени.[15] Кожа обугливается и слезает, обнажая кровоточащие ткани.
Ожоги третьей степени требуют немедленной специализированной помощи, часто включая ампутацию конечностей, чтобы спасти жизнь. В «Нэшионалс Парк» могут оказаться несколько тысяч выживших — те, кто в момент взрыва находился внутри, покупая еду или в туалетах. Теперь им срочно нужны места в ожоговых центрах. Однако на весь Вашингтон есть всего десять специализированных коек для ожоговых больных в Ожоговом центре больницы MedStar Washington в центре города. И так как он находится примерно в 8 километрах к северо-востоку от Пентагона, то уже, вероятно, не работает или разрушен. В Ожоговом центре Джонса Хопкинса, в 72 километрах к северо-востоку, в Балтиморе, менее двадцати специализированных коек, но они все скоро будут заняты. Всего в США в любой момент времени доступно всего около 2000 специализированных коек в ожоговых отделениях.[16]
За считанные секунды тепловое излучение от ядерного взрыва мощностью 1 мегатонна над Пентагоном вызывает глубокие ожоги у примерно миллиона человек, 90 % из которых погибнут. Эту мрачную статистику ученые и военные специалисты уточняли десятилетиями.[17] Большинство пострадавших не смогут сделать и нескольких шагов от места, где их застал взрыв. Они попадают в категорию, которую эксперты по гражданской обороне в 1950-х годах, когда впервые были проведены эти страшные подсчеты, назвали «погибшие до оказания помощи».[18]