– А сейчас извини, но я тебя покидаю. Ко мне должен приехать Маррис. Он не простит, если я его проигнорирую. Он и так злится из-за тебя и того, что я потом не попросила у него прощения.
– А тебе важно его мнение?
– Он мой друг. Один из немногих. Поэтому да, мне важно его мнение.
Клэр улыбается и уходит, а я думаю: что, кроме дружбы, связывает ее с рыжим говнюком? Это что, мать его, ревность?
Отрываемся с Маррисом, как в старые добрые времена. Наверное, мне сейчас нужно именно это. Человек, с которым я могу перестать быть идеальной хотя бы на время.
Рыжий засранец притаскивает виски и мэдж. От мэджа я отказываюсь. Завязала, и очень давно. А вот выпью сегодня с удовольствием. Я настолько напряжена, что, кажется, скоро взорвусь и будет или грандиозный скандал по надуманному поводу или истерика.
Родители уехали. Папа на работу, мама – на собрание очередного благотворительного клуба. Я знаю, что они вернутся глубоко за полночь, а значит, мы предоставлены сами себе.
Маррис в курсе, что я не пью крепкое, но также он знает, что в стрессе в меня можно влить все, и беззастенчиво этим пользуется, накачивая меня виски и наблюдая за тем, как я становлюсь все откровеннее.
Этому мелкому уроду нравится ржать над пьяными друзьями. Многие считают, что мы с ним спим, но это не так. У меня с сексом гораздо более сложные отношения, чем думают люди, плохо меня знающие. Точнее, если признаться, этих отношений просто нет. Только вот не знает об этом никто, даже Маррис, я умело играю развязную стерву. Мне так проще.
Конечно, если бы я потеряла контроль, Маррис бы со мной переспал. В этом весь он – готов поиметь все, что движется, только вот я умею сказать «нет» даже в невменяемом состоянии. Он это понял давно, и мы друзья. Просто друзья, которые никогда не перейдут черту. Меня он не интересует, а Маррису все равно с кем спать, но не все равно с кем дружить.
С ним я могу быть плохой. Чего бы я ни натворила, Маррис все равно хуже. Это мне нравится.
– Скажи, как твоя нянька? – спрашивает парень. Он валяется на моей кровати, прикрыв глаза и выдыхая в потолок сладковатый дымок мэджа.
– Спит.
– С тобой? – ржет придурок, а я делаю глоток виски из широкого бокала и кидаю в Марриса подушкой.
– Идиот. Он ненавидит таких, как я.
– И что? Это не является противопоказанием к сексу.
– И то. Он думает, в отличие от тебя, башкой, а не… – Неопределенно машу рукой, зная, что Маррис поймет, о чем я.
– А ты была бы не против? – проницательно спрашивает друг.
Я бы никогда и никому в этом не призналась, но я пьяна, и пытает меня Маррис.
– Возможно… но он меня бесит.
– Но заводит?
– Заводит, но бесит, – усмехаюсь я и откидываюсь на подушки. У нас дурацкий пьяный треп, и мне это нравится. Я чувствую себя почти нормально, почти как раньше, если не вспоминать про Дерека в соседней комнате и все то говно, которое происходит в моей жизни.
Я рассказываю Маррису почти все. Он должен знать, что я его игнорировала не просто так. Он тоже делится подробностями истерики матери и желанием приставить охранников.
– Клэр, ты же понимаешь, мне нельзя охранников.
– Конечно, придурок, – соглашаюсь я. – Какие охранники? Тебе и так девчонки дают неохотно, а если с тобой будут ходить два тестостероновых взрыва, то вообще надеяться будет не на что.
– Ты знаешь, что стерва? – морщится друг. – А я тебе еще бухло принес.
– Я – стерва, – не спорю с очевидными вещами.
– Которая сама запала на тестостероновый взрыв.
– Ну, у девушки должна быть мечта. Желательно несбыточная, – отмахиваюсь я.
– Почему несбыточная?
– Потому что, когда мечта сбывается, пропадает кайф. Некоторые вещи хотеть лучше, чем иметь. Ты не знал?
– Не-е, ты не стерва, ты просто дура.
– И это верно. – Я не спорю и принимаю из его рук еще один бокал. У виски в нем странный вкус. Наверное, мне уже хватит.
Маррис уходит ближе в полуночи, и я слышу его мат на лестнице. Надеюсь, придурок не переломает себе ноги, но встать и проверить, жив ли он там, я не могу. Слишком пьяна и устала. Зато голова совершенно пустая, глупая, и впервые за последнюю неделю чувствую себя расслабленной. Даже слишком. В теле приятная легкость. Наверное, стоило напиться раньше. Только вот расслабиться я могу лишь там, где чувствую себя в безопасности. Например, дома.
Не понимаю, почему мне снится рыжий придурок. Наверное, не стоило думать о том, какие отношения связывают их с Клэр, чтобы не получить тощего идиота во сне. А может, во всем виноват этот личный лекарь? Никогда не доверял таким – его магия до сих пор чувствуется в мозгах. А я предпочитаю к своему мозгу никого не подпускать, а то потом наблюдай полночи за тощими мажорами.
Маррис пьяненько хихикает у меня над ухом, врезается в косяк и вываливается из комнаты. Сон настолько реалистичный, что я просыпаюсь и какое-то время ошалело таращусь в потолок. В комнате тихо, да и в самом доме тоже. Ночь. Все давно уже спят, даже Клэр, которая, видимо, уже наобщалась со своим другом. А, может быть, они спят вместе? Нет, я точно не хочу об этом думать.
