– Ты непозволительно красива, – признается он, разглядывая мое лицо и горящие от поцелуев губы. Берет в плен мои запястья и заводит их над головой, толкаясь вперед, заставляя прикрывать глаза и стонать от желания. Я чувствую горячее жесткое прикосновение к сосредоточию желания. Между нами лишь последняя преграда – тонкое кружево, и я внезапно пугаюсь. Нет, не того, что должно произойти, а того, что мой первый раз будет вот так, у стены. Пожалуй, я предпочла бы что-то более традиционное. Но не могу же признаться Дереку? Если я это сделаю, то все испорчу. Он слишком благороден, чтобы продолжить. А неуместное благородство сейчас – это совершенно не то, что нужно нам обоим. Мне кажется, я просто сгорю от желания, если Дерек сейчас затормозит.
Он словно чувствует мое напряжение. Чуть отстраняется и внимательно смотрит в глаза, будто ждет, что я его оттолкну, но вместо этого я держусь за его шею и обхватываю за талию второй ногой, показывая, что не намерена отступать. Его судорожный вздох сквозь сжатые зубы, и мой тихий стон, когда я чувствую, как сильно он меня хочет. Трусь как кошка, не позволяя ему одуматься, и это срабатывает. Дерек поддерживает меня под ягодицы, разворачивается к кровати и осторожно опускает на прохладные простыни.
Обжигающий поцелуй на груди, я выгибаюсь, послушная его смелым губам, запускаю пальцы в короткие темные волосы и не хочу, чтобы это прекращалось. Смелею сама, изучая его тело, которое, кажется, состоит исключительно из твердых рельефных мышц.
Мне он нужен с горячим дыханием на моей груди, наглыми руками, которые стягивают по бедрам кружевные трусики и с тихим шепотом: «Хочу» где-то на краю сознания. Его слова отдаются дрожью во всем теле. Несмотря на сжигающее желание, Дерек не спешит. Изучает мое тело, дерзко целует, позволяет самой касаться и ласкать.
Мне немного страшно. В моей жизни были парни, но перейти черту я так и не рискнула, хотя иногда оставалось совсем чуть-чуть. Я и правда отбитая. Возможно, так я самоутверждалась или пыталась сохранить видимость приличия. Мне нравилось думать, что я лучше своих сумасшедших подружек, которые могли прыгнуть в постель ради интереса. А, может, просто не хотела. Со мной были не те. Можно подумать, сейчас тот? К Дереку ведь у меня просто животный интерес. И не больше? Как этот мужчина вдруг оказался тем самым, которому я решила позволить все?
Влажные плавные движения его пальцев внутри меня заставляют терять связь с реальностью. Я почти на краю, веду по каменным мышцам его пресса ладонью, ласкаю ниже, чувствуя, как сбивается дыхание Дерека. Он неуловимо перемещается и качается мне навстречу.
Я не готова.
Точнее, мне кажется, что я готова, но резкое, уверенное движение до упора выбивает из легких воздух, а на глазах выступают слезы. Демоны! Я не зря так долго избегала этого! Дерек замирает и смотрит на меня сквозь пелену желания.
– Клэр… ты… – рычит сквозь зубы, а я понимаю, что вместо разливающегося по телу наслаждения меня сейчас ждет очень неприятный разговор, и делаю единственное, что позволит его отсрочить: двигаю бедрами ему навстречу. – Что творишь?… – шипит он.
– Заканчиваю то, что ты начал, – отвечаю ему на ухо и веду языком вдоль скулы. И он сдается, но двигается во мне медленно, неторопливо, словно я хрустальная. Боль отступила почти сразу же, и я не хочу больше нежности, да и ему она дается с трудом.
– Я уже оценила твою выдержку, – сообщаю ему я, закидывая ноги на поясницу и стараясь стать еще ближе. – Но сейчас мне нужен весь ты.
Это служит спусковым крючком. Дерек срывается, увлекая меня за собой. Я становлюсь продолжением его, обнимаю крепче и растворяюсь в рваных движениях, которые приближают меня к чему-то невероятному. Я разлетаюсь вместе с ним на сотни осколков, и сейчас в моей голове совсем другая мысль. «Демоны забери, почему я не сделала это раньше?»
Она уходит, когда за окном начинает светать. С кровати поднимается осторожно, чтобы меня не разбудить, не подозревая, что я уже не сплю. Проснулся в тот момент, когда изменилось ее дыхание. Вчера темнота и сон избавили нас от неловких разговоров. Клэр уснула сразу же, а, может, сделала вид.
Не знаю, почему не выдаю себя, возможно, потому что утром приходит отрезвление. Я не понимаю, что делать с прошлой ночью, но совершенно точно повторил бы ее еще раз, если бы не одно большое «но» – Клэр была невинна. Этот сюрприз заставляет чувствовать себя мудаком. Нужно крепко подумать. Наверное, как приличный мужчина, я должен жениться, но, наверное, мое предложение вызовет у Клэр истеричный смех. Она совершенно точно в меня не влюблена, и она совершенно точно не считает меня ровней. Да и я не считаю себя ровней ей. Я вообще всегда думал, что богатых девочек имеют только богатые мальчики. С Моной было именно так. Так почему же Клэр выбрала меня? Зелье, конечно, отличный отмаз, только вот я прекрасно знаю, что оно не заставило бы ее прийти ко мне, если изначально между нами не было бы искры.
