– Тогда спокойной ночи! – зыркнув на нее, сказал Лунев и повел гостя к воротам, а на прощание крепко пожал ему руку. Как будто Рем только что спас ему жизнь.
Мама уже проснулась, встревоженная переполохом в соседнем доме, встретила Рема в холле. Теплый стеганый халат плотно застегнут, как будто она собиралась выйти на холод.
– Что там у Луневых? – спросила она.
– Да показалось… Лунев жену, случайно, не избивает?
– Вроде бы нет.
– А с детьми у них не получается?
– При чем здесь это?
– Да так, спросил…
Рем пытался сосредоточиться, но мысли разбегались, цепляясь за одну, он упускал другую, но это на нервы не действовало. Потому что уже без разницы, как Женя Лунева вышла на «ЭКО». Нападение на Раису случайность – Фокин очень убедительно это подтвердил.
– Может, еще получится… Ты где был?
– Где я только не был. Ты знала, кто руководит клиникой, куда обратилась Раиса?
– Ее бывшая подруга?
– Раиса знала про Макарьеву до того, как обратиться за лечением, или уже после того?
– После того… Это я порекомендовала ей эту клинику.
– А тебе кто порекомендовал?
– Ну кто порекомендовал… – замялась мама.
– Не можешь сказать? – внимательно смотрел на нее Рем.
– Ну ты же опять прицепишься к словам! – Она с опаской глянула на него.
– Обещаю, что нет.
– Алла сказала. У нее сестра старшая обращалась, там был очень серьезный случай.
– Серьезный случай для серьезной клиники… Так, постой, Алла порекомендовала… А Лунева как об этой клинике узнала?
– Не знаю.
– Не от тебя?
– Нет.
– Но вы соседи…
Рем чувствовал, что существует гвоздик, соединяющий две половинки ножниц, но не мог его нащупать. Только голова от пустого напряжения разболелась.
– Давай спать? – правильно поняла Рема мама.
– А что еще остается делать? Часовые на постах.
– И нам сегодня в офис, не забывай.
– Уже сегодня, – кивнул он, открывая дверь в свою комнату.
И встреча с Макарьевой назначена на сегодня. Может, сходить? Возможно, удастся узнать что-то интересное…
– А у тебя конфликтов с Макарьевой не было? – спросил Рем, стоя в дверях. – Ну, с подругой Раисы, главным врачом «ЭКО».
И остановился, взмахом руки призывая маму к тому же.
– Мы раньше с Макарьевой никогда не пересекались.
– А с психиатром Фокиным?
– Не знала его никогда раньше. Да и сейчас не знаю, слышала только.
Рем пожал плечами. Он и сам не мог объяснить, почему его интересуют эти вопросы. Чувствовал мысль, но даже за хвост схватить ее не мог.
– А Лунев?
– А что Лунев?.. Лунев сосед…
– А как давно он здесь живет?
– Да уже давно… Я даже больше скажу, мы в одно время сюда вселялись… На первой линии у реки один дом оставался, Лунев уже договорился, а Рома его опередил. Заплатил больше, чем нужно, когда Лунев подъехал, у него уже договор на руках был.
Рем стоял к маме спиной, но почувствовал, как она улыбается, вспоминая события уже давно прошедших лет. Роман – ее старый муж, он уже одиннадцать лет как умер, значит, дом у Лунева перехватили давно.
Он повернулся к маме, она действительно улыбалась, глядя куда-то в себя.
– Лунев обижался?
– Еще как! Убить грозился!
– А как Рома твой умер?
– Инфаркт.
– На сердце жаловался?
– Не просто жаловался, стентирование сделали, врач сказал, сто лет проживет. Через два года умер.
– А где в это время Лунев был?
– Лунев?! Ты думаешь, это Лунев? – отмахнулась и вместе с тем задумалась мама.
– Ну он же угрожал.
– Ляпнул в сердцах… Они же потом помирились, в гости друг к другу ходили… Нет, не мог Лунев… Вот мне досталось, приходили, спрашивали, может, это я Рому чем-то опоила.
– А экспертиза показала наличие в крови препаратов, вызывающих инфаркт?
– Да нет, но Олег утверждал, что есть препараты, которые нельзя обнаружить в организме.
– То есть дети твоего мужа обвиняли тебя в смерти отца.
– Да не только дети, следователь в душу лез… Все, давай спать, завтра по дороге в офис поговорим.
– Ты же знаешь, я неугомонный… – улыбнулся Рем. – Но последний вопрос. Перед тем как попасть в больницу, ты не ходила в гости к Луневу? Может, он сам приходил?
– Не ходила, не приходил… Все, давай, Пинкертон!
Рем зашел в комнату, постоял немного, пытаясь выстроить в логический ряд мысли и порожденные ими вопросы, связать их с полученными уже ответами. Повернулся, собираясь идти за мамой, но та стояла за порогом и с нежной улыбкой смотрела на него, быстро, но плавно закрывая дверь.
– Спокойной ночи! – успела сказать она, прежде чем дверь разделила их.
Но Рем не лег спать. Обошел дом, вдруг в его лабиринтах прячется наемник с ядом в пробирке или даже пистолетом в руке. И во двор сходил, охрану встряхнул. К маме поднялся, посмотрел, все ли с ней в порядке. Только тогда лег спать с тяжелой головой. А засыпая, увидел перед собой Фокина. «Все будет хорошо!» – сказал он. Забыв уточнить, кому будет хорошо. Или что-то сказал, но Рем не услышал.
Разбудила его мама. Она сидела на краю кровати и трясла его за плечо с застывшей улыбкой на губах. Так бывает, думаешь, что человек спит, заранее улыбаешься встрече с ним, а он не просыпается, становится страшно, вдруг умер. Улыбка не сходит с губ, медленно превращаясь в гримасу.
