Чан Ми прокручивала эту сцену и улыбалась. Эта наглая Марта, во всю висла на Яньсине. А он-то, он, вчера сгорал от любви, а сейчас идет под ручку с другой. Ну уж нет. Она с удовольствием вспоминала, как выпрямила спину, подражая маме, как небрежно подошла к ним. Поставить на место эту куклу проще простого. Мозгов у неё нет, один силикон. А вот этого бабника проучить стоило. Ресторан говоришь? Фиг тебе! Ждёт тебя динамо, дружок. Она успела отойти на несколько метров, как вдруг почувствовала, будто её спину опалило огнём. Оборачиваться было страшно, она поискала глазами маму. Ольга уже спешила к ней, как всегда уверенно и не спеша.
— Что случилось?
— Мам, я не знаю, что происходит? Мне страшно.
— Если тебе страшно, просто оставь его.
— Не могу. И так не могу. Мам, помоги мне. Что я не помню?
В глазах Чан Ми стояли слёзы, совсем как тогда, двенадцать лет назад. Вот теперь Ольга заволновалась по-настоящему, она поняла — время пришло. Да и Дракон вот-вот вырвется наружу.
— Иди, посиди в моём кресле, там безопасно. Я всё устрою и отправлю тебя домой, — Чан Ми кивнула и послушно пошла в указанном направлении.
Она не видела, как Ольга подошла к Янсиню, как положила ему руки на плечи и что-то прошептала. Но после этого он выпрямился, тряхнул головой и скрылся в своей гримёрке.
Дома Чан Ми закрылась в своей комнате. Было невыносимо больно. Вот только она не понимала почему. Ну, хорошо, она любит его, но не может же любовь, к тому же взаимная, причинять такую боль?! Ни в одном романе про это не было ничего написано. Чан Ми рыдала, приложив руку к груди, к тому месту, где, как ей казалось, присоединяется прочный канат, связывающий её с Янсинем. Тянущая боль только усиливалась, ей хотелось бежать к нему, чтобы хоть как-то ослабить натяжение. Краем сознания она услышала, как где-то вдалеке тётя Дана поёт колыбельную. Протяжно и тоскливо. Глаза закрылись сами собой. Чан Ми уснула.
Глава 13.
— Мы должны решиться, — Всевладий говорил спокойно и уверенно, — не должно̒ нам уповать на естественные процессы, дожидаясь, что Чан Ми сама всё вспомнит. Прежде всего, это опасно для неё самой. Так что, высказывайтесь.
— Налилась силою тварь эта огненная, заматерела, в счёт уж не идут часы, но минуты. Нечего разговоры разговаривать, брать под контроль и немедля.
Было заметно, что Ольга нервничает. Разговор с Чан Ми по «мобилке» не принёс облегчения, по лицу то и дело пробегали мрачные тени. Она нервно крутила телефон, каждую минуту проверяя, не пропустила ли звонок. И её можно было понять, на кону не только жизнь единственной дочери, но под угрозой существование всего человечества. Всевладеющий, как всегда оказался прав в своём предвидении. Война с Траяном, что возглавил нежить из Нижнего мира, теперь казалась лишь лёгкой прогулкой и развлечением. Однако, она была бессильна, свою судьбу могла решить только сама Чан Ми.
— Гриня, дружочек, отправляйся-ка ты на набережную, глянь что там, да как, — Всевладию тяжёло было смотреть на метания Ольги.
— А чё я-то? Чё я-то сразу? Пусть вон Валютка метнется. Её вообще никто не заметит, — домовой ткнул пальцем в грудь Айдару и у того за пазухой что-то зашевелилось. Через секунду из горловины кожаного пуловера, что более был похож на кольчугу, наружу выбралась крыса и уселась на плечо войну. Она лихо махнула хвостом и оскалилась в сторону Грини.
— Что я вам, в каждую бочку затычка? — Гриня хотя и удивился такому ласковому обращению, но гнул свою линию, — что такого? Это же логично — послать крысу на разведку, или я не прав?
— Прав, прав, — Дана встала из-за стола и медленно, покачивая бёдрами, подошла к Айдару. Без тени брезгливости, приподняв одну бровь, она двумя пальцами взяла крысу за шкирку и опустила на пол, не сказать, что осторожно. — Пусть Чучундра делом займется, и нечего у чужих мужчин за пазухой шнырять.
Крыса возмущенно пискнула и просто сбежала.
— Вот видишь, Гриня, смылась твоя подопечная, так что давай, пулей на набережную, гляди в оба, если что — докладывай.
Домовой, грустно поглядывая в сторону тумбы, за которой скрылась Валюта, вздохнул, махнул рукой и растворился.
— А теперь обсудим, как разбудить Чан Ми, — Всевладий был настроен крайне решительно. — У кого какие соображения?
— А что обычно делают в таких случаях? — тихонько спросила Лада.
— Если бы были такие случаи, то мы не собирали бы Совет. Это случилось впервые за всю историю, чтобы ведунья запечатала свою сущность.
— Может, электрошоком? — все в ужасе обернулись к заговорившей Глории, — ну не в прямом же смысле, чего вы? Я слышала, что психических электричеством лечат, шок для мозга то есть. Вот и сделайте ей шок, может она и очнётся?
— Бред какой-то… — начала было Дана, не хватало ещё, чтобы её девочку, которую она нянчила и растила, током били.
— Подождите, — Ольга прервала поднимающуюся волну возмущения, — подождите, в этом есть смысл.
— Ну так и я за шо?!
— Конечно, током никто Чан Ми пытать не будет. Но подумайте, всегда на фоне стресса или сильных переживаний к ней возвращаются обрывки воспоминаний.
