Однако тут возникло неожиданное препятствие. Начальник штаба группы полковник Омелюстый заявил, что без разрешения командарма поворачивать группу нельзя и пообещал донести о самоуправстве в штаб фронта. Уговоры не подействовали. И тогда Ф.Т. Ремизов приказал Омелюстому отправиться на 20 дней в отпуск в Москву, тем самым снимая с того ответственность.
Решение командования группы сильно удлинило путь, который ей пришлось преодолеть, чтобы выполнить поставленную задачу. Однако альтернативой было форсирование серьезной водной преграды и атака против противника, занявшего оборону на противоположном берегу, которую пришлось бы вести при отсутствии существенной артиллерийской поддержки. Это гарантировало затяжку операции и лишало смысла само существование подвижного отряда, лишая его этой самой подвижности. Как показали дальнейшие события, опираясь на Истринское водохранилище и реку, немцам удалось остановить на несколько суток наступление основных сил 16-й армии. Поэтому соображения Ремизова и его комиссара были верными. Правда, в конечном счете, его группе не удалось уйти в большой отрыв от пехоты и опередить противника в занятии промежуточных оборонительных рубежей. Но это стало следствием сложившейся общей ситуации, а не результатом отсутствия энергии и предприимчивости командира группы.
Что касается 11 декабря, то, свернув на север, 17-я стрелковая бригада овладела к 24.00 Алек-сеевским, а 44-я кавалерийская дивизия в 23.35 достигла Курилова и Нового. Оба соединения продолжали наступать на Обухово. 145-я танковая бригада оставалась в резерве[854].
В этот день состав 30-й А претерпел некоторые изменения. 46-я кд вышла из состава армии и Западного фронта и была передана в Калининский. Таким образом, фронт 30-й А несколько укоротился. Теперь он оканчивался возле Волжского водохранилища. Здесь
Положение на правом фланге Западного фронта 12 декабря 1941 г.
В том же районе пока находилась и подвижная группа армии. Группа наступала в направлении шоссе, связывающего Клин и Теряеву Слободу.
По воспоминаниям Д.Д. Лелюшенко,
