Яхромский мост: Крах «Тайфуна» полностью

Упорство боев объясняется общей слабостью ударной группировки 30-й армии, танковые бригады которой еще до начала наступления имели только около половины штатной численности. Потом были неизбежные потери, еще больше ослабившие наши войска. Об этом говорит и сам Д.Д. Лелюшенко. А как мы видели ранее, большего успеха добивались те наши части, где имелась поддержка танков. Этого было бы вполне достаточно для объяснения медленного продвижения армии. Ее командование могло нарастить силу удара только за счет перегруппировки сил на главное направление, чем и занялось в этот день.

Поскольку стрелковые дивизии завязли в немецкой обороне, и частично понесли тяжелые потери от вражеского контрудара накануне, ставка была сделана на подвижные силы. Кавалерийские дивизии из группы Хетагурова, которые действовали совместно с 348-й сд, были еще вечером 11 декабря выведены из боя и в течение дня совершали марш на юг с целью обхода Клина с юго-востока. Попытку замкнуть кольцо окружения с запада должны была повторить боевая группа, в которую включили 8-ю и 21-ю тбр, 2-й мсп и 46-й мцп, а также 145-й отб.

По его воспоминаниям А. В. Егорова вечером 12 декабря его вызвали в штаб бригады: «Полковник Ротмистров объявил, что приказом командующего 30-й армией создана подвижная группа. В ее состав вошли 8-я и 21-я танковые бригады, 2-й мотострелковый и 46-й мотоциклетный полки, 145-й отдельный танковый батальон. Командование группой возложено на него, командование 8-й танковой бригадой – на меня. На армейскую подвижную группу возлагалась задача овладеть Клином. В течение 12 декабря уже шла перегруппировка частей подвижной группы, организовывалось взаимодействие с группой полковника П.Г. Чанчибадзе.

Приступаю к выполнению новой задачи в новой роли. Советуюсь с Ротмистровым, как лучше построить боевой порядок бригады, чтобы быстрее прорвать оборону врага и перерезать пути его отступления»[864].

День ушел на перегруппировки и подготовку этой операции. Силы, выделенные для нее, вряд ли превышали те, что пытались отрезать противника накануне, когда наступали два стрелковых полка и танковая бригада. На 6 декабря согласно данным 30-й А в танковых бригадах было 1376 и 1000 человек личного состава соответственно. Мотострелковый и мотоциклетный полки насчитывали 314 и 661 человек. Итого всего 3351 человек. Танковый батальон пехоты не добавил и мог только несколько увеличить численность танков в группе. В бригадах на то же число их было по восемь шт. разных типов[865]. Естественно, через неделю боев, и машин и людей было уже меньше, чем следует из этого расчета. Так, согласно отчету 21-й танковой бригады в бой пошло только четыре танка [866].

1-я Уд А продолжала продвигаться в западном направлении. Ее правый фланг приблизился к Клину, а левый к Ленинградскому шоссе:

«29 сбр вела бой в районе Напругово – Золимо – Опритово; 84 сбр овладела районом Залесье и продолжала наступление на Акатъево; 50 сбр вела бой в районе Воробьеве; 44 сбр вела бой в районе Леонидово; 56 сбр вела бой в районе Сергеевка; 71 сбр продолжала наступление из района Загорье на Головково;… Частями Армии в боях за 11.12 захвачено: 24 танка, 9 бронемашин, 54 мотоцикла, 186 автомашин, 16 орудий, 7минометов и большое количество снарядов, гранат, патронов»[867].

Эта сводка не передает всего напряжения боев, которые вела армия. В 18.00 этого дня из-под пера командарма В. И. Кузнецова вышел такой документ, адресованный командующему фронтом:

«1. Бои приняли ожесточенный характер.

2. Перед фронтом армии действуют 6, 7 т. д.; 41, 23 п.д. и по показаниям пленных в районе Клин 1 т. д. и одна п.д. подтянутая из тыла.