Бёме многократно подчеркивает, что он не прилагал труда для достижения этого познания. «Как говорит ветхозаветный пророк Иеремия: «Но Бог, Который создал мир, для меня слишком силен. Я — творение рук Его. Он может поставить меня туда, куда Он хочет»[67]. В конце одной незавершенной книги Бёме пишет: «Я отнюдь не пришел к этому мнению и в это познание посредством своего разумения или посредством собственной воли. Равным образом я не добивался этого знания, да и не знал о нем ничего». Но здесь же намекает на непрерывную борьбу с меланхолией и дьяволом: «Я искал сердце Бога только с тем, чтобы скрыться в нем от непогоды дьявола»[68]. «В пределах своих собственных сил я такой же слепой человек, как и всякий другой, и не могу ничего. Но в Духе Божьем мой укорененный там дух видит все, но не при любых обстоятельствах, а лишь тогда, когда Дух любви Божьей проходит сквозь дух мой, лишь тогда рожденное животным (душевным) и Божество становятся одним существом, одной мыслью и одним светом»[69].
То, что Бёме сообщает о своем духовном опыте в «Утренней заре», подтверждается и в его позднейших свидетельствах. Но следует отличать большое переживание просветления в 1600 году от более поздних событий, которые, впрочем, «никогда не были устойчивыми». В первом апологетическом послании 1621 года «Против Бальтазара Тильке» читаем: «Дух прошел насквозь как молния, и это было так, как будто в основании вечности прошел проливной ливень, и что он накрыл, то накрыл. Так было и со мной»[70]. Но, с другой стороны, Бёме видит свое переживание и как духовное упражнение, посредством которого он получает возможность подыматься «от одной ступени к другой» словно бы по лестнице Иакова. «Мне была показана лестница Иакова, по которой я поднялся до неба»[71]. И еще одно свидетельство из «Теософских посланий», в которых содержатся важные автобиографические ключи. Бёме сообщает сборщику налогов Каспару Линднеру из Бойтена в письме от января 1621 года, что именно произошло с ним в 1600 году: «Я никогда не помышлял о том, чтобы что-либо узнать о божественной тайне, я еще менее того понимал, как это можно искать или найти, так что и не знал ничего об этом, как ничего не знают об этом и любители из мирян в своем неведении. Я искал лишь сердца Иисуса Христа с тем, чтобы укрыться в нем от нападок дьявола, и настойчиво просил Бога о его Святом Духе и милости… В моем усердном поиске я претерпевал жестокие нападения, но скорее готов был расстаться с жизнью, чем отказаться от него. И были мне раскрыты врата, так что я в течение четверти часа увидел и узнал больше, чем если бы провел многие годы в высшей школе, я был поражен и недоумевал, что со мной произошло, но в сердце своем хвалил Бога. Ибо я увидел и узнал сущность всех существ, основание всякой бездны: то есть рождение Святой Троицы, происхождение и изначальное состояние мира»[72].
