3. Вступающий в ТО сохраняет свободу оставаться в избранном им вероисповедании или не принадлежать ни к какой религии, с условием, чтобы он не пробовал воздействовать своими личными мнениями на других членов ТО. В этом отношении правила ТО очень строги. Его члены могут быть христианами или мусульманами, иудеями или парсами, буддистами или индуистами, спиритуалистами или материалистами, — это не имеет значения. Они могут или не могут стать теософами «де факто». Членами они стали благодаря тому, что присоединились к ТО, но последнее не может сделать теософом того, кто не почувствовал божественного смысла бытия или кто понимает теософию в своем собственном сектантском или эгоистическом виде. Истинный философ, исследователь эзотерической мудрости, теряет совершенно из виду личности, догматические убеждения и установленные религиозные догматы.
4. Член ТО может быть хорошим теософом и в то же время не быть оккультистом. Истинный оккультист не должен принадлежать ни к какому отдельному вероисповеданию или секции, он должен проявлять уважение к каждой вере, если желает стать адептом благого Закона. Он не должен ограничивать себя никакими предубеждениями или сектантскими мнениями, он должен вырабатывать свои собственные мнения и приходить к собственным заключениям в соответствии с данными той науки, которой он посвятил себя.
2. Ни один теософ не должен молчать, когда в его присутствии произносятся дурные отзывы, а тем более клевета на ТО или на невинных личностей, принадлежат ли они к числу его единомышленников или к числу посторонних людей. Если то, что слышит член ТО, верно или может оказаться верным, он должен потребовать достаточных доказательств для данного обвинения и выслушать беспристрастно обе стороны. В противном случае он обязан протестовать. Член ТО не имеет права верить дурному, пока не получит неопровержимые доказательства верности данного обвинения.
3. Член ТО не должен позволять себе злословить за глаза: необходимо всегда говорить открыто тому, против кого имеются обвинения.
4. Теософ не должен никогда забывать, что много отрицательного происходит от несовершенства и немощи человеческой природы. Сожаление и снисходительность, милосердие и терпение должны быть всегда налицо, чтобы извинять грешных братьев и выбирать самый мягкий из всех возможных приговоров, если необходимо высказаться относительно чужого дурного поступка. И во всех случаях теософ должен прощать до конца, в особенности если грешат против него самого.
5. Если же, поступая так, член ТО рискует повредить кому-нибудь или допустить, чтобы другим был нанесен вред, в таком случае он обязан исполнить свой долг в мере, которую его совесть и его высшая природа подсказывают ему, и притом только после зрелого размышления.
6. Справедливость требует не только не наносить вреда никакому живому существу, но также не позволять в своем присутствии наносить вред кому-либо. Если же деликатность относительно виновного или умолчание могут повредить другому, в таком случае необходимо говорить правду, чего бы это ни стоило. Теософу лучше нарушить деликатность, чем позволить ей помешать исполнению долга.
7. Теософ не должен никогда ставить свое личное чувство или свое тщеславие выше достоинства ТО в целом. Тот, кто жертвует пользой ТО или репутацией его членов ради своего личного тщеславия, светского успеха или гордости, тот должен быть изъят из числа членов организации.
8. Активный член ТО не должен придавать большого значения своему личному прогрессу или успеху в изучении теософии: для него важнее стараться выполнить как можно более альтруистической работы, доступной для его сил. Каждый член должен считать своим долгом принимать возможное для него участие в общем деле ТО и помогать ему всеми средствами, какие есть в его распоряжении.
9. Ни один член ТО не имеет права оставаться праздным, оправдываясь тем, что он знает слишком мало, чтобы учить других, ибо он всегда найдет других, которые знают еще меньше, чем он. Если он не может делать большого дела для общего блага, пусть работает на пользу немногих, которые нуждаются в его помощи, чтобы таким образом участвовать в успехе общего теософского дела. Он должен помнить, что нельзя оставлять всю тяжелую ношу и всю ответственность за теософское движение на плечах немногих преданных работников.
