– Потерпи, моя девочка. Потерпи. Сейчас. Медики будут с минуты на минуту. Только дыши, Янка! Я умоляю тебя, дыши!
– А ты не исчезай! – тихо прошу и блаженно улыбаюсь.
– Янка! – и снова ощущаю покачивания и тепло ладоней Шахова. – Прости меня, родная! Это я во всём виноват! Я не успел! Не успел! Не молчи, моя хорошая! Попробуй открыть глаза!
– Сначала пообещай, что не исчезнешь.
Мне и само́й не терпится увидеть Шахова, но я всё ещё боюсь, что он просто испарится.
– Ни за что! Никогда! Хватит, набегались!
Мне так хочется ему верить!
– Бирюзовая шапка, – щурюсь от яркого света, но всё же первое, что замечаю, это головной убор парня. Я не сошла с ума! Шахов всё это время был рядом!
– Сумасшедшая! – шепчет Ян, отчего-то считающий иначе. – Я так испугался!
Моя голова покоится на его коленях, а сам он сидит на снегу и мягко покачивает меня из стороны в сторону. Вокруг замечаю десятки любопытных глаз, но отвлекаться на них не хочу. Мой план сработал! И в своём глупом счастье до мнения окружающих мне нет никакого дела.
Вглядываюсь в лицо Яника и только сейчас понимаю, как невыносимо дико скучала по его улыбке, по лукавым морщинкам в уголках глаз. Мне нестерпимо хочется протянуть руку и ощутить его тепло, пальцами пробежаться по слегка колючей щеке и, запустив ладонь под шапку, запутаться в его волосах. Нам теперь можно всё! Я забываю обиды и тянусь к любимому лицу напротив, но вот незадача: ничего не чувствую!
– Где больно, Янка? – встревоженно следит за мной Ян и мягкой подушечкой большого пальца проводит по щеке. – Не плачь! Всё будет хорошо! Врач уже на подходе!
– Рукавицы,– шепчу, смеясь сквозь слёзы, и проклинаю эту дурацкую экипировку. – Мне не нужен врач, Яник! Мне нужен ты! Помоги снять.
Протягиваю руку, и пока Ян послушно возится с моей одеждой, осматриваюсь по сторонам. Смешно, но я умудрилась выстоять на лыжах метров пятьдесят и лишь потом кубарем вкатилась в сугроб.
Постепенно зеваки начинают расходиться, а точнее, натянув очки, продолжают спуск. Мне же стоит немалых усилий убедить Шахова, что со мной всё нормально и медицинская помощь ни к чему. Ещё больших – оставить в живых Славика, которому Ян то и дело прорывается оторвать голову.
– Почему из всех парней вокруг ты выбрала самого непутёвого? – причитает Шахов, пока, покачиваясь на ветру, подъёмник неспешно спускает нас к сноупарку.
– Сам виноват! – болтаю ногами, с опаской посматривая вниз.
– И в чём же? – фыркает Ян.
– Не нужно было меня отпускать! – получается немного скованно. Первый эмоциональный запал прошёл, и его место непрошенно занимает смущение. Говорить о чувствах непросто, признавать собственные ошибки и того сложнее.
– Ты бы не простила. Я знаю, – Ян улыбается своим мыслям, а потом берет меня за руку.
– Я и сейчас не простила!
– Верю! Но теперь придётся, – он переплетает наши пальцы и пожимает плечами.
– С чего бы это?
– Потому что люблю тебя, – отвечает как в порядке вещей Шахов и смотрит на меня хитрым лисом. – А ещё я устал ждать.
– Шахов!
Его наглость обескураживает!
– Ты хотела счастья с другим, – Ян на мгновение замолкает, втягивая носом морозный воздух, а потом продолжает: – Я терпеливо ждал, когда ты поймёшь, что это невозможно.
– Невозможно, – шепчу одними губами, с трудом сдерживая улыбку.
– Что и требовалось доказать, – важно замечает Шахов и спрыгивает с обледенелого кресла подъёмника, помогая и мне соскочить на землю – Хватит, набегалась! Сегодня будем мириться!
– Серьёзное заявление! – пшикаю от смеха.
– Ты даже не представляешь насколько!
Не отпуская моей руки, Ян уверенно ведёт меня за собой через весь парк в сторону отеля.
– Что ты вообще здесь делаешь, Шахов? – шуршу синтепоновыми штанами, едва поспевая следом. – Только не говори, что случайно заехал на лыжах покататься!
– Ладно, не скажу.
И снова тишина и его хитрая ухмылка. У меня так много вопросов, невысказанных обид, а он спокойно улыбается! Мы залетаем в отель и спешим к лифту.
– Шахов! – пятками торможу по глянцевому полу. Такое себе занятие: толку ноль, зато от насмешливых взглядов посторонних становится неловко. Но всё же, мне нужны ответы!
– Фил сказал, что ты здесь.
– И?
– Без «и» Яна!
Двери лифта закрываются. Мы начинаем медленно подниматься, останавливаясь на каждом этаже.
– Ты из-за меня приехал? – спрашиваю в лоб.
– Да, – кивает Яник, – и теперь понимаю, что не зря. Янка, ну как тебя угораздило связаться с этим придурком, а? Ладно я чуть от ревности не помер! Но ты… Безалаберный чудила едва не покалечил тебя!
Ян вытаскивает меня за собой на третьем и безошибочно берёт курс в сторону моего номера.
– Куда ты меня тащишь, Шахов?
– За вещами, – бурчит, не сбавляя скорости.
– Какими вещами?
– Твоими, разумеется, – Ян останавливается напротив нашего с Зайцевой номера и ждёт, когда я, видимо, открою дверь. – Двадцать минут на сборы и едем домой. Лыжи – не твоё, Даяна! Хватит испытывать судьбу.
– Но я не хочу уезжать!
Ещё как хочу! Но признаться не позволяет глупая гордость.
– Правда? – стальной взгляд Шахова становится невыносимо тяжёлым. – Давай скажи, что и Славушку своего бросать не собираешься!
