– Хорошо, я тебя понял. – Голос Люциана звучал слабо и сдавленно. Он не представлял, как спорить с Каем, который все продумал, чтобы их спасти. – Сделаем так, как ты решил.
Он медленно поднялся с места и потер ладонью затылок.
– Пойду попытаюсь освоить новые силы. Вряд ли тебе удастся в одиночку рассеять его, не уничтожив с концами.
– И куда ты пойдешь? – спросил Кай.
– В тренировочный зал, думаю, место подходящее. Если поставить барьер, я никому не наврежу.
– Осваивать силы лучше не в одиночку, – Кай начал подниматься, и покрывало под ним зашелестело, – а вместе со своим началом, поэтому пойдем вдвоем.
– А ты не будешь страдать ерундой?
– Такого ты обо мне мнения? – Кай состроил оскорбленный вид. – На кону
Люциан фыркнул и шагнул следом.
– Светлое начало не разрушает.
– О-о, – протянул Кай и открыл перед ним дверь. – Это солнце себя недооценивает, – со смешком добавил он, сверкнув глазами.
Тренировочный зал остался прежним с тех пор, как Люциан приходил сюда в последний раз. На стене было развешено так же много оружия, казалось, ни его наличие, ни порядок не изменились. Повсюду горели магические фонари, поскольку в помещении не имелось окон. Люциан был уверен, что после него сюда никто не заходил, кроме разве что слуг, которые не оставили и пылинки на темном блестящем полу.
– Хочешь пофехтовать со мной? – спросил Кай, оглянувшись на оружейную стенку.
– Мы пришли сюда не за этим, – бесцветно напомнил Люциан. – К тому же я знаю твой стиль, ведь в шкуре Элеоноры фехтовал против тебя не один раз.
Кай снял с полки тренировочный серебряный меч.
– В шкуре Элеоноры ты фехтовал не со мной.
Люциан вздохнул, теперь лучше понимая слова демона о том, что он уже не тот, кем был прежде.
– То, что ты отказался от человечности во время перерождения, еще не означает, что ты перестал быть Каем. Да, личность у тебя другая, но твои воспоминания о прошлой жизни сохранились.
– А твои? – спросил Кай, обернувшись. – Ты помнишь жизнь Элеоноры?
– Только ту ее часть, что была связана с тобой. Я воспринимаю их скорее как рассказ из чужих уст, нежели собственную память. – Люциан немного помедлил, а потом задал наконец тревожащий его вопрос: – Почему ты отказался от своей личности и позволил нача́лу стать тобой?
– А почему нет? – хмыкнул Кай и взмахнул мечом, явно примеряясь.
– Потому что это буквально значит погубить свое «я»?
– Я не погубил, – отрезал Кай. – Как демон, я с самого рождения был частью темного начала. Если бы я отказался от своей сути или сохранил ее, то все равно переродился бы началом. Я – оно. Оно – это я. Так что моя личность осталась прежней, чего не случилось бы с твоей, прими ты свет. Но есть и плюсы. – Слегка огорченное выражение лица Кая стало расслабленным, и он хитро улыбнулся. – Перерождение дало мне множество новых знаний и способностей, поэтому мое поведение изменилось, как и стиль боя. Точно не желаешь сразиться?
– Точно, – ответил Люциан, не желая страдать ерундой и отвлекаться. Он махнул рукой на металлический доспех возле стены. – Активируй марионетку, раз руки чешутся, она неплохой противник.
Кай цокнул языком и неохотно вернул меч на полку.
– Это скучно. – Он повернулся к Люциану. – Модао, ты такой зануда, хотя значительно моложе меня. Тебе не кажется, что двадцатилетнему юноше стоит быть поактивнее?
– Я активен. Как видишь, я стою здесь, а не лежу в постели, точно старик при смерти.
Люциан вышел на середину зала и взмахнул рукой. Из его изящных светлых пальцев вырвалась золотая пыль. Ее было так много, что она прозрачным слоем укрыла каждую из четырех стен, создавая магический барьер, способный сдержать любую энергию. Любую, но не общую силу начал.
Глаза Кая сверкали, пока он молча наблюдал за тем, как Люциан творит магию новым для себя способом, выглядя так, словно обучался этому с самого детства. Он не произнес ни единого слова, не сложил печатей и не нарисовал талисманы на полу – лишь взмахнул рукой. Такова была сила начал: взмахом длани воздвигать барьеры, а щелчком пальцев рушить окружавшие стены.
– Надо же, получилось, – пробормотал Люциан, удивленный не меньше демона. Он поставил барьер просто по наитию, толком не осознавая, что творит.
Благодаря заклинательским учениям о перенаправлении духовной силы в своем теле для реализации заклятий Люциан смутно представлял, как это сделать, но технику он воспроизвел иную, подстроив под нынешнего себя. Сейчас он четко осознавал относительную безграничность своих возможностей, и от этого складывалось ощущение, что даже любая его фантазия могла воплотиться в реальность, главное понять, с чего начинать воссоздавать ее.
– Что хочешь освоить? – поинтересовался Кай, пряча ладони за спину.
– Формирование, – ответил Люциан, глядя на кончики пальцев, вокруг которых все еще кружилась золотистая пыль. – Хочу попробовать что-то создать, чтобы понять, каково это.
– Уже знаешь как?
– Предполагаю.
