Лукас встречает меня на пороге – хорошо, потому что я забыла новый пароль, установленный по его настоянию, и плохо, потому что Билл еще не уехал: ждет, пока я войду в дом. Оборачиваюсь, чтобы ему помахать, а он уже выезжает на улицу. Надеюсь, он поверил, что я не сплю с Лукасом.
Завтрак в отеле получился неловкий. Билл сидел напротив меня за весьма торжественным столом с хрустальными вазочками и серебряными приборами; миссис Мансон рассказывала, что тонкая резьба на буфете – дело рук местных заключенных. Перед кулинарным шедевром, приготовленным дочерью миссис Мансон (печеным голландским блинчиком с веером из свежей клубники и сахарной пудры наверху), устоять оказалось невозможно.
Наверное, Билл расстроился, что я ушла в свой номер. Всю дорогу до дома мы оба напряженно ждали, когда другой заговорит о тридцати минутах нашей ночной близости. Такое чувство, что это был сон, навеянный самим домом, вдруг заскучавшим по прежней насыщенной и шумной жизни: когда-то люди сочетались браком на его лужайке, рожали детей в его кроватях, лежали в гробах в гостиной на первом этаже. Я до сих пор чувствую руки Билла на своей коже.
После того как мы чудом избежали аварии, тишина стала еще более гнетущей. Билл словно устал спасать жизни.
Я настолько увлеклась девичьими романтическими переживаниями и ощущением, будто моя одежда пропахла смертью, что не сразу замечаю странное лицо Лукаса.
– С возвращением, – говорит он и стягивает с моих плеч рюкзак.
Я вхожу в гостиную. Лукас чем-то не на шутку обеспокоен.
– Что случилось?
– Кто-то слил в прессу твое… подозрение, что убийца Чернооких Сюзанн все эти годы сажал для тебя рудбекии. Псевдоэксперты по телику уже начали болтать о твоем психическом здоровье. В Сети гуляет размытая фотография: женщина с лопатой стоит возле старого викторианского дома, где ты раньше жила. Пишут, что это ты. То есть это действительно ты, но лицо плохо видно.
– Когда ты это узнал?
– Может, присядешь?
– Я уже насиделась в машине.
Лукас внимательно изучает мое лицо.
– Чарли мне написала. Это уже по всему «Твиттеру» и «Инстаграму» гуляет.
– Черт. Черт, черт, черт!
Он медлит.
– Мне пришлось выключить звук на телефоне. Кстати, зачем тебе вообще городской телефон?
– Давай обсудим это в другой раз! Какое это вообще имеет значение? Террел скоро умрет. Я не в состоянии защитить Чарли. – Я подхожу к кухонной стойке, на которую Лукас сложил всю почту. Он встает у меня за спиной и начинает массировать мне плечи. Добрый. По-настоящему волнуется за меня. Но от его массажа мне только хуже. Он втирает смерть в мою кожу.
Я пытаюсь незаметно ускользнуть.
– Что это такое?
Открываю пустую картонную коробку. Рядом лежит книга в бумажной обложке.
– Вчера посылка пришла. Чарли ее открыла, решив, что это «Поправка-22». Неделю назад она просила тебя ее заказать, помнишь?
– Забыла. Я никаких книг не заказывала.
– Посылка на твое имя. – Лукас разворачивает коробку, чтобы я могла убедиться.
– Где квитанция? – Я смотрю на обложку: из скалистого моря поднимается полупрозрачный призрак девушки. «Прекрасный призрак», автор Роуз Майлетт.
Роуз Майлетт. Имя будит в голове какие-то смутные – и неприятные – воспоминания.
Лукас засовывает руку в коробку.
– Вот квитанция. Похоже, это подарок. Есть записка: «Надеюсь, тебе понравится». Больше ни слова.
«Надеюсь, тебе понравится». Обычные слова пауками ползут по моей спине.
– Что с тобой?
– Ничего, – выдавливаю я. – Подумаешь, книжка. Мне надо переодеться.
– И последнее. Твоя подруга Джо забегала. Позвони ей. В город скоро приедет ее приятель геохимик, который работал над останками Сюзанн. Она хочет вас познакомить. Ах да, и тот зуб с дедушкиного огорода принадлежал койоту.
До возвращения Чарли из школы остается двадцать минут. Еще чуть позже Лукас вернется из книжного – кто-то же должен купить ребенку «Поправку-22», – и заодно из кофейни, где он встречается с «новой знакомой». Читай, с девушкой.
Времени сушить волосы уже нет. Я закутываюсь в халат, нахожу в комоде Чарли какие-то махровые носки и усаживаюсь на ее расправленную кровать с ноутбуком. В мое отсутствие он обрел новый уютный дом в постели дочки.
У меня прямо мания – подогретая горячим душем и уверенностью, что имя Роуз Майлетт неспроста кажется мне знакомым. Оно так и сверлит мой разум, заставляя первым делом обратиться к «Гуглу» – а не войти в «Твиттер» под ником Беспощадной Жницы и не позвонить Джо, которая хочет сообщить мне очередную весть о тщетной попытке извлечь имена Сюзанн из праха. Какие все же упрямые кости!..
Результаты не заставляют себя ждать. Первым делом я выясняю, что Роуз Майлетт – не настоящая писательница и не автор многочисленных детективов. На экране возникает вовсе не отретушированный портрет женщины, которая хочет выглядеть умной, красивой и на десять лет моложе своего возраста.
