Послышался тяжелый вздох.
— Слишком давно, чтобы считать дни. Я уже и не помню, когда именно оказался здесь.
В тишине, объявшей нас, я обрела нежданный покой. Я хотела заглянуть за стену, увидеть лицо собеседника и поблагодарить за то, что он успокоил мое сердце. Голос в темноте разогнал тревогу, и внутри плескался мир.
— Ты — дочь Солнца?
Я удивленно вскинула брови. Окружающие часто подшучивали над моим цветом волос, называя меня огненной принцессой или солнечной девочкой, но впервые в голосе говорившего не было насмешки, а лишь толика надежды.
— Если вы о цвете волос, то, увы, это стало моим проклятьем, — я слегка пожала плечами.
— Это не только цвет волос, — проскочили снисходительные нотки. — Сейчас ты вряд ли поймешь. Ты та, кто изменит все. Главное — не бойся. Что бы они ни делали, им не сломать тебя. Даже те, кого сейчас ты считаешь врагами, примут твою сторону и будут сражаться за тебя. Но для этого должно пройти время. Доверься себе.
Слова незнакомца звучали, как полная бессмыслица. В чем довериться? Почему кто-то должен принимать мою сторону? Сражаться за что? Ворох вопросов, высыпавшийся внезапно на мою голову, отвлек меня от реальности. И когда со скрежетом ключ повернулся в замке, было уже поздно. За стеной раздался визг петель, и дверь в камеру отворилась.
— Помни, что я сказал тебе, дочь Огня. Со временем ты поймешь, я обещаю, — раздался тихий шепот.
— Эй, чего это ты там кряхтишь?!
Я прислонилась ухом к стене, пытаясь разобрать, что там происходило. Удар, и глухой стук, словно кто-то рухнул на пол. А после утробный стон и недовольное ворчание.
— Поднимайся, Джейми. Тебя уже заждались, — пропел женский голос.
Скрип петель, шаги, и все вновь стихло. Я обессиленно растянулась на полу, прижимаясь щекой к прохладным камням. Его звали Джейми. Джеймс. Тот, о ком говорили родители, был на расстоянии вытянутой руки, и я могла расспросить его о том, что же он значил для моей семьи.
Веки слиплись, и глаза никак не хотели открываться. Слабость накатила приливом, и я едва удерживала сознание на плаву в надежде услышать еще хоть что-нибудь. Но глубоко внутри я знала, что Джеймс не вернется. Встреча с Сенатом должна была стать последней в его жизни. К утру морта, который был важен для родителей, не станет.
***
Время потеряло всякое значение. Минуты перестали течь нескончаемым потоком. Земля замерла на месте, и существовала лишь я, скрутившаяся клубочком на полу крошечной сырой камеры. Эвон изредка появлялась рядом, но чаще я была предоставлена сама себе в каменных стенах. Желудок крутило от голода, и я пыталась как можно больше спать, чтобы не думать о еде. Да и вообще не думать.
Меня не стало. Айви Блумфилд исчезла под гнетом Теней, испарилась, и оставила после себя лишь пустую оболочку. Она пыталась собрать себя воедино, блуждая кровяными сосудами и отыскивая частицы сознания, чтобы после склеить его в одно целое. Она сидела в кафетерии школы вместе с Оливией, Нией и Лидией, уминая клубничный йогурт и заливисто смеясь. Она пряталась в объятьях Глена на острове, надеясь, что весь мир исчезнет, и не нужно будет верить в жестокую реальность. Она неистово целовала губы Дилана. Она вместе с отцом бежала по пшеничному полю, утопая в золоте и подставляя бледное лицо солнцу. Она была кем угодно, но не мной.
Я невольно стирала ногти в кровь о камни, чувствуя, как безумие постепенно заполняло мою голову. Тишина давила, и я мечтала заглушить ее чем-нибудь. Криком, стоном, смехом. Я лежала на спине и глядела в полоток, пытаясь представить ночное небо и мириады звезд, усыпающие его, но перед глазами все так же стояла непроглядная темень. Факел исчез, погрузив подземелье во мглу, и я с трудом могла разглядеть собственные руки.
Я просыпалась от тихого шепота, заполняющего пространство. Мечтала ринуться с места, бежать за ним, но он существовал лишь в моей голове. Чужой голос, называющий меня дочерью Солнца. Я без конца спрашивала, умоляла объяснить, что это значило, но ответом мне служила лишь пустота. И миражная грустная улыбка, преследующая меня во снах. Я тянулась к ней, пытаясь разглядеть лицо, но оно то и дело ускользало от меня. И я летела в бездну, истошно крича.
А потом все повторялось сначала. Бесконечный замкнутый круг, не имеющий выхода. Я терялась и вновь находила себя, падала и поднималась, разбивалась на миллионы искорок и собиралась обратно. Я была всюду и нигде одновременно. Я была мортом. Я была человеком. Я была душой. Из раза в раз я оказывалась рядом с Диланом, и любила его, как впервые.
Когда вдали послышались шаги, я была истощена до предела. Разлепив веки, я уставилась на решетку, за которой в мою сторону постепенно двигался огонек. Я зажмурилась, стоило свету стать слишком ярким, и скрутилась в позу эмбриона, пытаясь спрятаться. Лязг открывающегося замка, скрип ржавых петель, и меня грубым рывком подняли на ноги.