Барбара ответила так тихо, что Вест едва расслышал. Еще бы. Женщины и в обычных условиях стараются сохранять молодость дольше мужчин, а тут такая подлость или злая ирония. Ждешь любимого, ждешь… И вот он возвращается, — молодой, красивый, соскучившийся по любви и ласке, а ты — никому ненужная старуха. Вот потому и не рекомендуется всем, кто работает или служит в Космофлоте, заводить романы с планетарниками. Даже странно, что Барби отреагировала на его объяснение так, словно впервые обо всем этом услышала.
— Не грусти, детка… — Вест прижал девушку крепче. — Да, мы дольше других остаемся молодыми. Но, живем мало. Несмотря на все ухищрения медицины, я знаю меньше десятка ветеранов, которым минуло девяносто… А на планетах стольник далеко не средний показатель, верно?
Барбара промолчала в ответ и только погладила его легонько по груди, как раз в том месте, где все еще ощущался шрам.
— Расскажи что-нибудь.
— О чем?
— Ну, например, как ты Героя получил? Меня же ученики выспрашивать будут… Все видели, что мы вместе ушли… А я совсем ничего о тебе не знаю. Пересуды пойдут, домыслы разные.
— Думаешь, они считают, что ты со мною именно ради расспросов удалилась? — хмыкнул Вест.
— Дурак…
— Есть маленько, детка. Последствия контузии… — засмеялся Климук, чуть приподнимая голову девушки за подбородок и лукаво заглядывая ей в глаза. — Ладно, хочешь услышать небольшую, эксклюзивную исповедь янычара? Я согласен. Но, бесплатных пирожных не бывает, а потому — давай меняться…
— В смысле? — Барбара удивленно захлопала ресницами.
— Все просто… — Вест положил руки девушке на плечи и стал легонько сдвигать ее вниз. — Мой отпуск стремительно уходит в небытие, и если я потрачу остаток времени только на разговоры, то не прощу себе этого никогда. Понимаешь?
Глаза у Барбары округлились, а ушки опять заалели, как тогда в парке.
— Вот, — кивнул Климук. — Не возражаешь, если мы совместим полезное с приятным? Чтобы нам обоим было после что вспоминать.
— Ну, хорошо… — Барбара собрала волосы в пучок и поерзала на ногах Веста, подбирая устойчивую позицию. — Но за это твоя история должна быть длинной и интересной.
— А давай баш на баш… — засмеялся Вест. — У меня много историй, так что я могу очень долго говорить.
— Я тоже… — опять чуток покраснела девушка. — Могу… долго…
— Проверим?
— Легко.
Вест демонстративно медленно снял с руки хронометр, перевел его в режим секундомера, показал циферблат Барбаре, подмигнул и нажал «старт»…
Климук слышал, что в древние времена жил один полководец, который занимался несколькими делами сразу. Увы, мичман не дорос ни до его погон, ни до его умений. Возможно, Барбара действительно могла «долго», но самому Весту, как бесстрастно зафиксировал секундомер, терпения хватило меньше чем на пять минут. Так что свою историю он начал после того, как девушка снова уютно пристроилась на его плече.
— У эннэми есть одна подлая штуковина. Сперва носила название СГ-1, то есть «смерть героям», но в действующих частях мы уже давно и почти официально зовем ее «самкой собаки».
— Ты хотел сказать… сукой? — с некоторым недоумением переспросила Барбара.
— Типа, да, — Вест даже не улыбнулся. — Но в рапорте не укажешь: «…группа была атакована сукой, вот и переименовали в СС-1». Так вот… эта самая эсесовка представляет собою нечто среднее между кибер-стрелком и прыгающей противопехотной миной. Эннэми любят ставить их на маршрутах наших патрулей. Причем, эта штука может пролежать в почве как угодно долго, пока не дождется цели. А когда дождется, выпрыгивает в воздух и зависает над головами…
— А зачем? — Барби, похоже, не понимала нюансов действия противопехотных устройств.
— Вот в этом и подлость… — вздохнул Климук. — Шутники большие наши враги. Прикалываются так. Кибер «СС-1» запрограммирован на единственный выстрел и только по продолжающему движение скафандру. Можешь стоять, сидеть, лежать, играть в карты — она не реагирует. Попытаешься достать оружие — выстрел! Заметит приближение техники — выстрел. Шаг вперед — выстрел. Но даже не это самое страшное. Выстрел будет только один. Понимаешь?
— Не очень. Почему только один?
— Если СС накрыла группу, значит, кто-то один из бойцов точно погибнет. Но кто именно?
— Тот, кто пошевельнется.
— Да… И решать придется каждому за себя самому. Потому что командир такой приказ отдать не сможет.
— Не имеет права?
— Иметь то он имеет, но после этого лучше сразу в запас уходить. А еще проще вызвать огонь на себя. Вот и стоит группа, ждет… Время идет, кислород заканчивается… Но, если выстрел будет только один, зачем торопиться, зачем умирать? Почему именно тебе жертвовать собой, а не кому-то еще? Мысли носятся в голове, как шрапнель, визжа и завывая. И в конце концов кто-то делает шаг вперед.
— «Смерть героям»? — прошептала Барбара, крепче прижимаясь к парню, почувствовав как напряглось, закаменело его тело.
— Да… — Вест закрыл глаза. — Именно так.
— Ты сейчас вспоминаешь того, кто пожертвовал собою, чтобы другие могли жить дальше?
— Нет… — Вест повернул голову и поцеловал девушку в щеку. — В тот раз я успел раньше других.