— Ты о чем сейчас?! — Анджей удивленно посмотрел на Бугрина. — Детских страшилок насмотрелся о вышедших из подчинения роботах или сбрендивших бортовых ИИ. А потом он пригнал сюда крейсер и уничтожил исследовательскую станцию?
— Я рассматриваю любые варианты. И буду делать это до тех пор, пока не получу внятного объяснения случившемуся.
— Василий, но это полная бессмыслица! Даже если бы весь экипаж утопического звездолета спятил вместе с упомянутым ранее искусственным интеллектом, то автоматика оружия самостоятельно заблокировала бы команды, выполнение которых ставит под угрозу человеческую жизнь.
— При условии, что для них жизнь человека — ценность первой величины.
— А как же иначе? — удивился Анджей. — Это одно из главных правил робототехники. Его прописывают даже в программы домашних картофелечисток.
— На Ирии!
— То есть, ты хочешь сказать, — уловил суть предположения Олег, — что базу уничтожил крейсер инопланетного происхождения?
— Понимаю, что мое предположение звучит фантастически, — твердо ответил Бугрин, — но другого осмысленного варианта, увы, не вижу. И буду отстаивать свою точку зрения, до тех пор, пока меня не разубедят неопровержимые факты.
— Человече! — эмоциональный Анджей ухватился за голову. — Признать подобное, куда большая бессмыслица, чем то, что люди смогли сами себя уничтожить!.. Инопланетяне?! Откуда?!.. Мы же не первый год в космосе, чтобы и в дальнейшем верить в легенды, все еще популярные среди курсантов младших курсов. Даже киношники перестали мусолить эту тему.
— Однако никто не доказал обратного и не может отрицать, что инопланетные цивилизации все-таки могут существовать.
— То же самое, когда-то говорили о Боге! И где он, я вас спрашиваю?
Василий хотел ответить, но его остановил Олег.
— Брек!.. Даже самую причудливую гипотезу нельзя отбросить, пока не взвешены все «за» и «против». Поэтому мы здесь, и наша задача: собрать максимальное количество данных. А выводы найдется кому сделать и без нас.
— Десантной группе внимание! — послышался голос Пишо. — «Гиперон» пеленгует в квадрате Г/57 и 6 по девятке действующий радиомаяк. Слушайте приказ: «Выйти в квадрат. Найти маяк. По возможности, определить: когда и кем он установлен. Если не удастся найти людей, попытаться обнаружить их следы. Связь держать включенной постоянно. Закрыть гермошлемы! Даю отсчет для отстыковки драккара…
— Интересный маячок… — засопел Бугрин. — Что-то мне все это не очень нравится, парни.
— А нам, значит, нравится? — вскипел Озерский.
— Успокойся, Андрей, — Василий примирительно поднял руки. — Я совсем не это имел в виду. Кто из вас обратил внимание на диапазон работы маяка?
Озерский и Котельник пожали плечами.
— А что не так?
— Это закрытый канал, используется исключительно для сверхсекретных государственных сообщений. Его даже в списке автоматических настроек нет.
— Действительно, — хмыкнул Анджей, бросив взгляд на шкалу пеленгатора. — Но это ни о чем не говорит. Мало ли, что могло случиться. Случайность?
— Угу, — кивнул корвет-лейтенант. — Из того самого событийного ряда, что и Устав Космофлота, написанный тысячей мартышек, одновременно барабанящих по клавиатуре.
— Я ничего и не утверждаю… — признал правоту командира группы Озерский. — Просто обратил ваше внимание на эту деталь. А будет она иметь какой-то вес, или нет — вскоре увидим.
На пульте замигал синий огонек, сигнал максимально разрешенного предыдущей программой приближения к цели, и катер остановился. Согласно данных, считываемых с локатора — до источника сигнала оставалось чуть больше трехсот метров. Однако вопреки отличной видимости и ровному, как бильярдный стол, ландшафту, заметить маяк не удалось и при помощи двенадцатикратной оптики драккара.
У Бугрина даже глаза заслезились от напряженного вглядывания.
— Чтоб мне не выслужить пенсию, если это не искривление пространства. А ну, посмотрите, — он отодвинулся, освобождая место возле окуляра товарищам. — Может, увидите что-то больше.
— Очень похоже, — минуту спустя согласился Анджей. — Атмосфера прозрачная, как вода в пустом аквариуме, а начиная примерно с двадцати шагов от нас, не видно даже камней на почве…
— Еще одна странность, — кивнул Котельник. — Но в пределах допустимого. Такие установки на базе были. Для чего их применили именно здесь: вопрос иного порядка. Придется кому-то немного прогуляться на собственных двух. Искусственное искривление не пропустит технику. Но это лучше, чем естественное. Которое хоть и пропускает все…
— Зато, ничего не выпускает, — закончил за него Анджей.
— Типун вам обоим на язык, — оборвал товарища Бугрин. — Их легко отличить по степени прозрачности границы. Так что давай, Олег, сажай нас поближе к границе зоны… Только без лихачества, а то как шваркнет — костей не соберем.
Пилот, молча, кивнул головой и сосредоточенно впился взглядом в центральный экран.
— Командир, — обратился Анджей к Бугрину, — Разреши, я первый гляну, что там и почем?
— Кто-то все равно должен, — ответил тот, — почему не ты?
