4Люйцзу — один из восьми знаменитых даосских мудрецов Древнего Китая.

5Тао Чжу — знаменитый китайский богач.

6“Винные черви” — Пишется двумя иероглифами, первый из которых — вино, второй — червь, а также — чувство. Обычно ими обозначается слово пьяница. Здесь использована игра слов.

7Цао Цао (154—220) — знаменитый китайский полководец

8Сутра Лотоса (санскр. “Садхарма Пундарика Сутра”) — священная сутра секты Нитирэн.

9Идзуми-сикибу — выдающаяся поэтесса эпохи Хэйан (976— 1034).

10“...был он родным сыном дайнагона Митицуны...” — Фудзивара Митицуна (954—1021). Дайнагон — одна из высших правительственных должностей.

11“...не соблюдал ни Трех Заповедей, ни Пяти Запретов” — В основе буддийских морально-этических принципов лежат Три Заповеди — слово, дело, мысль — и Пять Запретов — убийство, воровство, прелюбодеяние, ложь, пьянство.

12Брахма — один из трех высших богов религии брахмаизма и индуизма. Бог — творец вселенной.

13Индра — один из великих богов ведической религии, Царь богов, Бог-воин, Бог-громовержец.

14Бодхисаттва — достигший первой ступени просветления на пути превращения в Будду.

15Эсин (942—1017) — глава-настоятель секты Тэндай.

16Нирвана — достижение полного блаженства и полного просветления.

17Царица Мая — мать Будды.

18Дхарма — установление, образец, которому нужно следовать.

19Малая Колесница — хинаяна, одно из двух основных направлений буддизма. Другое направление — махаяна, Большая Колесница.

20“Весноюрассвет...” — начало знаменитого произведения “Записки у изголовья” Сэй Сёнагон.

21Годы Тэмпо — 1830-1844 гг.

22Годы Ансэй —1854-1860 гг.

23Бодхисаттва Дзидзо — Буддийское божество — покровитель детей и путников.

24“...по истечении часа Пса” — Час Пса — с 7 до 9 часов вечера.

25Годы Мэйдзи - 1867-1911 гг.

16“...читаю коданы...” — Имеются в виду устные рассказы для эстрады.

27“...пляски “ясукибуси”...” — народные пляски, созданные в районе Ясуки, префектура Симанэ.

28“...под стать борцу Татияме...” — Татияма Минъэмон — известный японский борец конца XIX—начала XX вв.

29“...тяжеловес Оодзуцу” — Оодзуцу Манъэмон — известный борец конца XIX в.

30“...борца Инагаву” — Инагава Сэйэмон — борец конца XIX в.

31Нио-сама — стражу ворот буддийского храма.

32Праздник Хиган — праздник равноденствия.

33Данченко — фамилия вымышленная.

<p>ТАНИДЗАКИ ДЗЮНЪИТИРО</p><p>ЦЗИЛИНЬ<sup>1</sup></p>Феникс2, феникс!Зачем добродетель в упадке?Порицать уходящее поздно,Лишь грядущее достижимо.Полно, полно, пора отступиться,Ныне быть подле трона опасно.3

493 год до новой эры. По свидетельству Цзо Цзюмина4, Мэн Кэ5, Сыма Цяня6 и других летописцев, ранней весной, когда Дин-гун, князь земли Лу, в тридцатый раз совершил ритуал жертвоприношений “цзяо”7, Конфуций с горсткой учеников, бредущих по обеим сторонам его повозки, покинул родную страну Лу и отправился проповедовать Путь на чужбине.

В окрестностях реки Сышуй зеленели ароматные травы, и хотя снег на вершинах гор уже растаял, северный ветер, налетавший словно полчища гуннов, швыряясь песком пустынь, еще доносил воспоминания о суровой зиме. Впереди повозки шел исполненный бодрости Цзы-лу в развевающихся лиловых одеждах, отороченных мехом куницы. За ним в льняных башмаках следовали задумчивый Янь Юань и Цзэн Цань, чей вид выражал рвение и преданность. Воплощенная честность, возница Фань Чи управлял четверкой лошадей и, время от времени украдкой бросая взгляд на постаревшее лицо Мужа Мудрости, ехавшего в повозке, ронял слезу о горькой доле Учителя, обреченного на скитания.

Когда они наконец достигли границ земли Лу, каждый с грустью оглянулся на родную сторону8, но дорога, по которой они пришли, была не видна, сокрытая тенью Черепашьей горы. Тогда Конфуций, взяв в руки лютню, печальным хрипловатым голосом запел:

Я землю Лу хотел узреть,Но чаща горная ее закрыла,Без топора в рукахКак совладать с горою Черепашьей?

Еще три дня все дальше и дальше на север пролегал их путь, и вот среди широкого поля послышался голос, поющий мирную, беззаботную песню. Это пел старик в одежде из оленьей шкуры, подпоясанной веревкой, подбирая с тропинки на меже упавшие колоски.

— Что скажешь об этой песне, Ю9? — спросил Конфуций, обернувшись к Цзы-лу.

— В песне старика нет той высокой печали, что звучит в песнях Учителя. Он поет беззаботно, словно птичка, порхающая в небесах.

Перейти на страницу:

Все книги серии Золотая серия японской литературы

Похожие книги