— Ты думал я куплюсь на царапины когтей на щите? Ах, ты, глупая шавка, не разбирающаяся в магии! — оскалился я. — Щит может треснуть или сломаться, но никаких других отметин на энергетическом конструкте оставить нельзя! Но ты ведь об этом не знал? И решил провернуть тот же трюк, что в самом начале? Что молчишь, Патрокол?
Позади себя я услышал звон доспехов. Повернув голову, я увидел гвардейцев.
— Эмери и Серека сюда срочно! — приказал я.
У меня было такое чувство, что с момента нападения Патрокла прошло как минимум семь минут, однако воспользовавшись паузой я понял, что прошла всего одна.
— За ними уже послали! — ответил гвардеец с нашивкой первой роты.
— ЯРАР! Дай мне уйти, и ты больше никогда меня не увидишь, — предпринял попытку договориться оборотень. Но я не верил ни единому его слову.
Когда в прошлом году прилетал принц Траин Каменный, из его слов я понял, что оборотень работает на кого-то из детей Моисея. Но я знал, что нужен им для воскрешения Моисея, и они не могли послать оборотня за моей жизнью. Поэтому я сделал вывод, что это его личная инициатива.
— Бешенных собак убивают на месте, — ответил я. —
Рядом со мной что-то упало на пол. Но я лишь ухмыльнулся не веря, что Патрокол замерз и сейчас валяется без сознания. Через пару минут пришли Серек и Эмери, которым я быстро рассказал, что происходит.
Эмери прикрыла глаза.
— Я слышу его сердце, — произнесла она, после чего я пропустил её под свой щит.
— Думаешь мои способности не сработают раз ты закрыла глаза? — проявившись спросил Патрокол.
Я уже собирался атаковать оборотня, но меня опередила Эмери.
Создав сотни ледяных кольев, я в тот же миг атаковал Патрокла. Послышался громкий вой, который вскоре стал напоминать скулёж побитой собаки. Но никакой жалости я к нему не испытывал.
Несмотря на непрекращающуюся атаку кольями, которые я напитал изумрудной энергией, Патрокол полз в нашу сторону. У него уже оторвало обе ноги, в груди зияла огромная дыра.
— Тебе всё равно конец! — прохрипел он, после чего его глаза потускнели. Это уже был точно Патрокол и, сняв щит, я быстрым движением отсёк голову оборотня.
В этот момент я почувствовал сильнейшее облегчение. Будто с моих плеч кто-то снял тяжелейшие бетонные блоки. И шепотом я произнёс: «
В тот же день мы сообщили через артефакты связи в Торговую гильдию о том, что Аконитовый убийца отправился в Стихию. И что меня больше всего удивило, следующим утром гильдия прислала своих представителей, чтобы убедиться в том, что тело принадлежит именно ему.
Несмотря на осаду их пропустили, и они спокойно прошли к нам. «Насколько же сильное у них положение в мире», — подумал я.
Они осмотрели тело, и проверили его неизвестными артефактами. Насколько я понял, они сравнивали остаточный энергетический фон, из чего я сделал вывод, что они раньше сотрудничали с Аконитовым убийцей.
— Самой ценной частью является его голова, — сказал торговый представитель. — За неё подгорный царь Торин объявил награду в десять миллионов. Следующим идёт сердце — полтора миллиона, и заказчик предпочел остаться неизвестным. Остальные части тела тоже можно выставить на аукцион.
Честно признаться, когда мы решили сообщить в Торговую гильдию о гибели Аконитового, то даже не думали о продаже его тела по частям. Скорее моей целью было довести эту информацию до детей Моисея, в особенности до Гавриила. Хоть мне не было известно какие взаимоотношения между Моисеевичами, но то, что Патрокол (который, как я думал, работал на одного из них) решил убить ценный актив в моём лице, должно было вызвать, как минимум, недовольство у остальных.
— Тебе нужна его голова? — задал мне вопрос Тимофей. Он всё это время стоял рядом и внимательно слушал торговцев.
Я не задумывался ни секунды.
— Нет, конечно. — И добавил: — Или ты считаешь, что я псих?
— Брат, это сейчас его голова стоит десять миллионов. А через месяц её можно будет продать ещё дороже.
Поняв к чему был задан вопрос брата, я посмотрел на гильдийцев.
— Я согласен его продать. Половину вырученных денег переведите на счёт сына Элин Ка Дель, Акила. Вторую половину на мой счёт.
— Мы можем предложить эксклюзивную информацию вместо денег, –предложил торговец. И к моему удивлению, он достал лист бумаги, где были написаны вопросы, а рядом, с правой стороны, были написаны цены.
Прайс был написан от руки, и для себя я ничего интересного не нашёл. Но когда я уже собрался отдавать лист, увидел другой, на котором были написаны ставки. И первым же пунктом было написано.
