- Четыре тысячи семьсот двадцать один раненый, – и словно не замечая мой удивленный вид, продолжила. - Девятьсот одиннадцать тяжелых. Тысяча семьсот – средних, остальные лёгкие. И многие из них не должны будут попасть к тебе на стол.
- Я просто боюсь спросить сколько погибло пока нас не было.
- По вчерашним подсчётам около тринадцати тысяч, - ответил Меньшиков. – В прошедшей битве у залива сошлось почти полмиллиона воинов. На поле мы оставили тридцать тысяч убитыми.
- Виктор, скажи, куда смотрел Александр V? Неужели ни ты, никто из его свиты не видели, что здесь творится?
- Из-за того, что земли моего рода граничат с Польской шляхтой, мне разрешили оставить войска рода дома. Можно сказать, что я впервые с начала войны прибыл в расположение армии, – ответил он, тут же дополнил: – Про остальных мне сказать нечего. Видимо их всё устраивало. Или наоборот, не устраивало, поэтому вас вызвали сюда, – ответил Меньшиков.
Немного отдохнув, я направился в сторону госпиталя. У меня ещё было очень много работы.
- Как у тебя дела? – спросил я у Эмери. Она легла на кровать, а на ее лице играла мечтательная улыбка.
- Анри написал, что скоро будет, – ответила она.
- Ну слава Стихии! – воскликнул я.
- А что не так?
- Меня твои заигрывания с Меньшиковым стали порядком напрягать. Я понимаю, что его помощь в самом начале нашего пребывания здесь, была неоценима, но потом-то ты зачем отвечала на его ухаживания?
- Ярар, - произнесла она, опершись на локти лёжа на кровати, – я не сделала ничего предосудительного. Виктор сам поставил себя в эту ситуацию, а я ей воспользовалась.
- Ещё скажи, что вы ещё не целовались! - попробовал использовать блеф.
- ЯРАР! – с недовольством произнесла Эмери. – Я никогда не целовалась с Меньшиковым! – И сделав паузу продолжила. – Не спорю, он пару раз предпринимал попытки, но я ему прямо говорила, что не свободна. – И столько хитрости было в её взгляде, что мне показалось, что даже попытки её поцеловать Эмери тоже спланировала.
- Анри будешь рассказывать? – спросил я. - Вдруг он задаст неудобный вопрос мне, а я не буду знать что ответить.
- Не беспокойся. Он обо всём в курсе, – ответила Эмери.
Хоть меня и подмывало продолжить «допрос», но откровенно говоря это было не моё дело. Тем более, если Анри в курсе игры Эмери.
Я тоже ждал графа. Хоть он ежедневно присылал мне отчеты о том, что происходит дома, но всего в письмах не передашь. Плюс ко всему я попросил Герека прислать мне несколько целителей и обязательно Щукова. Хоть тот и был слабым магом, но заклинание
Прошло несколько недель с нашего прибытия. Первую неделю я занимался лечением всех раненных. Вторая неделя прошла в борьбе с эпидемией дизентерии. И с ней пришлось помучиться. Я выступил на военном совете, объясняя из-за чего люди страдают жидким стулом. Организовал доставку моющих средств, укрепляющих травяных сборов, но люди всё равно набирали воду где попало и кушали грязную пищу немытыми руками.
Чтобы хоть как-то сбавить развитие эпидемии я каждое утро собирал все наряды, ответственные за доставку воды, и применял заклинание
После осмотра больных я направлялся к палатке, в которой они жили. Воинов, которые были размещены вместе с заболевшим, тоже нужно было осмотреть, ведь существовала вероятность, что они тоже стали переносчиками заразы. Обычно в палатке размещалось от одного отделения до взвода. То есть вместе с больным могло проживать от десяти до тридцати человек.
После того как я всех исцелял, начинал на пальцах объяснять, что делать нельзя, а что можно. Особенно выделяя момент, что при лечении больному ставят по несколько клизм в день. Хоть их было делать необязательно, но справедливо рассудил, если у воинов не доходит через голову, дойдёт через задницу.
Слава Стихии, и с этой напастью мы всё-таки справились. И на третьей неделе я наконец-то смог перевести дыхание. Раненых всех выписали. Калек, что лишились конечностей, отправили по расположениям. Их судьба не моя забота.
И когда уже жизнь стала налаживаться, пришёл приказ о выступлении армии. Император решил отбросить Шляхту, и в принципе я понимал почему он выбрал именно этот момент.
***
