Неужели Надия за столько лет царствования не могла найти повода, чтобы увидеться с ним? Написала бы письмо, в конце концов. Да и сам Елисей не выглядел как человек, который жаждет встретиться со старой возлюбленной. Она давно овдовела, мог бы позабыть прежние обиды. Странно всё это. Но если что-то пойдёт не так, виноваты окажутся они с Дивом. А Див, между прочим, помог Надии занять трон по её же воле. Что это, чёрная неблагодарность или простая гордыня? Нет, всё крайне подозрительно, и от этого нехорошее предчувствие копилось в груди.
Так или иначе, путешествие в Белую Персть началось. Заняло оно гораздо больше времени, чем Ярга рассчитывала.
Если прежде Див выбирал безлюдные дороги, то теперь от дорог отказался вовсе. Девушка не могла понять, где именно они находятся. Вокруг царила дикая, первозданная красота. Они шли по лесам и полям только по ночам, с вечерних сумерек и до рассветного часа. Днём отдыхали, Волк охотился. Питаться приходилось тем, что давала природа вокруг: грибы, орехи, ягоды, дикий щавель и пойманная рыба. Ещё были кролики и дичь, которых он приносил после охоты, но отлучался с их стоянок он не столь уж часто, порою даже усыплял чарами Елисея, чтобы тот не сбежал. Оставлять с ним Яргу одну надолго Див не хотел.
О царевиче они заботились как о малом ребёнке: кормили, ухаживали и следили за тем, чтобы у него ничего не заболело из-за того, что большую часть времени он проводил в путах. Див приготовил для него мазь. Ярга смазывала ею кожу под верёвками на руках и ногах и каждый раз, чуть не плача, просила у Елисея прощения за то, что они его украли. На время отдыха, если царевич спал зачарованным сном, путы снимали вовсе. Порой Див убирал все верёвки, кроме одной, заколдованной, которую развязать мог только тот, кто её завязал. Ею он привязывал царевича за руку или за ногу к дереву, чтобы тот мог немного размяться и походить. В такие моменты Див настрого запрещал Ярге приближаться.
Для пленника Елисей вёл себя весьма смирно, исправно слушался похитителей. На Волка косился с опаской, а вот с Яргой, напротив, уже спустя неделю начал сам заводить беседы. Девушка решила, что он делает это от скуки, и старалась ничего ему о себе не рассказывать, всё больше слушала, а Елисею было что поведать.
Оказалось, не такой уж он и затворник, привязанный к отцу. Царевич много помогал братьям и сёстрам, коих у него оказалось аж семеро. В особенно крепких отношениях был с Всевидом, наследником Теверска, и его семьёй. Об отце Елисей отзывался с почтением и любовью. Если и был между ними клин, то чужим людям царевич того не раскрывал.
Мало-помалу он начал шутить с Яргой, рассказывал забавные истории и улыбался сам, когда смеялась она. А когда в очередной раз девушка кормила его с ложки тушёной рыбой во время привала, он вдруг поблагодарил её за заботу. Сказал, что она ни в чём не виновата и зла на неё он не держит, поскольку знает, какой безжалостной бывает царица Надия. Див тоже слышал этот разговор, однако вмешиваться не стал, просто молча хмурился. Он видел, как смутилась Ярга и как разулыбался Елисей. Дождался, когда царевич уснёт, а после подошёл к нему, склонился низко и забормотал на ухо сонное заклятие.
– Ты чего? – удивлённо зашептала Ярга, которая в это время чистила котелок травой. – Он же и без того спит.
– Может, спит, а может, и нет, так надёжнее, – проворчал Див, отряхивая руки. – Я потолковать с тобой хочу, не нужно, чтобы он слышал.
От удивления Ярга чуть не выронила котелок.
Они очень давно не разговаривали, не до того пришлось, да и при царевиче не хотелось, не говоря о поцелуях и сердечных объяснениях. Див всё время оставался настороже, Ярга старалась не мешаться у него под ногами.
Она сложила всю посуду вместе и оставила на земле у костра, а сама последовала за Дивом. Тот отошёл немного в сторону – так, чтобы спящего под деревом Елисея видеть, но чтобы не стоять у него над душой.
– Так что хотел-то? – Ярга робко улыбнулась.
Но Див по-прежнему хмурился, да и смотрел не на неё, а на царевича.
– Ты прекращай с ним любезничать, – без долгих вступлений заявил он. – Не думай, что Елисей дурачок или простачок. Это он так к тебе в доверие втирается.
– Зачем? – не поняла Ярга. Она озадаченно посмотрела на спящего.
– Откуда я знаю? – с сомнением произнёс Див. – Может, надеется сбежать. Прикинется паинькой, уговорит тебя его развязать, когда меня не будет рядом, да и сбежит.
– Куда? В лес? Кругом дебри. – Девушка развела руками. Див закусил нижнюю губу, размышляя о чём-то неприятном. – Хотя, знаешь, есть у меня подозрение, что к Надии он почему-то не хочет, – заметила она вслух.
– Почему ты так решила? – Он повернулся к ней, в глазах читалась заинтересованность.
