- Это так, - но Рамси не выглядел счастливым.
- Что-то не так.
- Я лучше не буду вдаваться в подробности, пока вы не увидите сами чертежи, но... это будет нелегко.
- Я все еще думаю, что я...
- Если вы собираетесь сказать, что хотите идти в одиночку и сжечь все дотла, я не собираюсь слушать. Это было бы самоубийство, мисс Пемброук, и, поскольку у нас есть другие варианты, мы не станем развивать этот.
- И я должна сыграть роль в этих «других вариантах»?
- Я надеюсь. Пойдемте, давайте присоединимся к другим и посмотрим, что имел в виду адмирал Даррант.
Еще пять капитанов ждали в зале Совета адмирала Дарранта, когда они прибыли, среди них был Гораций, который улыбнулся и кивнул Элинор. Она не знала никого из других капитанов. Кроуфорда не было. Мужчины стояли вокруг стола в разной степени неловкой тишины, все они, кроме Горация, не желали встречаться с ней взглядом.
Элинор сжала края юбки в руках и крутила, пока те не смялись, а затем попыталась сгладить их. Рамси стоял рядом, так же спокойно, как будто он был на пикнике, только руки сзади сжали головку трости. Это была плохая идея, что она пришла сюда, они не нуждались в ней.
- Господа, мисс Пемброук, присаживайтесь, - сказал Даррант, входя в комнату и опускаясь в кресло во главе стола, не дожидаясь, чтобы кто-нибудь последовал его указаниям. Он выглядел усталым и сердитым, небрежно одетым, а на лице застыла маска равнодушия. В желудке образовался узел страха. Он не был похож на человека, который ожидал победы.
Рамси подвинул кресло Элинор для нее, а затем сел рядом. Элинор наклонилась и прошептала:
- Адмирал...
- Молчите, мисс Пемброук, или я выпорю вас, - сказал адмирал, хлопнув кулаком по столу. Она удивленно отстранилась от него. - Вы все здесь, потому что ваши корабли либо закреплены в Порт-Рояле, либо находятся рядом с Сент-Доминго, и это будет иметь значение в этих маневрах. Благодаря добросовестной работе лейтенанта Джорджа Ливингстона мы обнаружили секретную цитадель Райса Эванса - его голос охрип, и Элинор почти подумала, что он мог заплакать, если бы она была уверена, что он способен на слезы.
Даррант щелкнул пальцами Саллиарду, который прошел в комнату, и мужчина двинулся вдоль стола, кладя листы бумаги перед каждым капитаном и Элинор. Его рука коснулась ее затылка, когда он проходил мимо, и девушка отклонилась от него, яростная и униженная. Он осмелился прикоснуться к ней!.. Конечно, осмелился, потому что она не могла обжечь его, чтобы не заметил адмирал и не выкинул ее из собрания, или еще хуже. Его рука скользнула по ее шее вниз, лаская спину, и она развернулась на своем месте, молясь, чтобы он поскорее ушел.
Затем Саллиард зашипел от боли и согнулся, отдернув руку от ее спины, схватившись за стопу. Рядом с ней Рамси изучал свои документы и не обращал внимания на странное поведение Саллиарда.
Элинор посмотрела на изящные туфли Саллиарда, сшитые из тонкой кожи, и неоправданно высокий каблук. Посмотрела на крепкий гессенский сапог Рамси, вовремя скользнувший под стул, и не удержалась спросить:
- О, мистер Саллиард, я думаю, что эти туфли неудобны. Возможно ли это? Наверно, вы должны были выбрать более удобную обувь.
Саллард выпрямился, безмолвно взглянул на нее и продолжил движение.
Импульсивно Элинор протянула кисть и обнаружила руку Рамси, опущенную на колено под столом, и коротко сжала ее в благодарность. Его глаза ни на минуту не оторвались от бумаги, лежащей перед ним, но его пальцы пожали ее руку, сжав ее на долю секунды, когда она отодвинулась.
В комнате вдруг перестало хватать воздуха. Все командиры собрались в одном месте. Окна прикрыли от яркого солнца Бермуд. А когда он отпустил ее ладонь, она прижала ее к щеке, задаваясь вопросом, не выглядела ли она такой раскрасневшейся, как себя ощущала. Элинор все еще чувствовала его пожатие. Она занялась бумагами, которые положил Саллиард перед ней, желая, чтобы ветер охладил ее щеки.
Она разложила все четыре листа, чтобы сразу посмотреть их всех. Первый - это карта, изображающая береговую линию, на которой была сосредоточена круглая бухта с входом с восточной стороны. Второй - схема маленького поселения с грубыми хижинами и более крупным зданием из неотесанных бревен, напомнившую крепость, которую она видела на острове, и четыре корабля, стоявшие в огромной гавани.
Третий показал то же изображение, что и на втором, но издалека. Как если бы наблюдатель находился в лодке и хорошо видел бухту. Высоко на стенах скалы по обе стороны от поселения были грубые каменные ящики, из которых выступали пушки, по меньшей мере, шесть пушек с каждой стороны. Художественность исполнения всех трех рисунков была изящной, заставив Элинор удивиться, что рисование было умением, которым все Провидцы должны были владеть. Четвертый рисунок был намного более грубым и, казалось, являлся схематичным изображением фрегата. Элинор могла различить сигнальные полотнища вдоль обеих сторон и странно удлиненную корму.
- Крепость располагается почти полностью на западе на северном берегу, - продолжал Даррант, - и, проклятье, Саллиард, где чертова карта?
