- Теперь вернитесь на свои корабли и приготовьтесь. Попросите ваших плотников внести указанные изменения. Не обязательно, чтобы было красиво, просто чтобы было понятно. Мы должны сделать это быстро, прежде чем Эванс увидит, что мы делаем. Я присоединяюсь к Уолтерсу на «Бретоне». Мы покинем Порт-Ройал завтра в полдень, чтобы встретиться с остальной частью флота в Порт-де-Пэкс первого июля.
Он поднялся и вышел из комнаты, прежде чем кто-то еще успел встать. Капитаны начали обмениваться взглядами, некоторые даже смотрели на Элинор с извинениями. Поведение Дарранта было странным, и это не было игрой ее воображения.
Рамси предложил ей свою руку, и ей пришлось почти бежать, чтобы успевать за ним.
- Думаю, мы сделаем остановку, прежде чем вернемся на «Афину», - сказал он.
Сжимая чертежи, он потянул ее через дверной проем в длинную комнату с высокими потолками. Казалось, что когда-то это был бальный зал. На потолке были крючки, с которых, возможно, свисали люстры. По трем из четырех стен тянулись медные подсвечники, а прекрасный паркетный пол напоминал переплетенные прутья решетки. Четвертая стена представляла собой высокие окна в белых рамах, которые выходили на те же лужайку и сад, которые она мельком видела из зала заседаний адмирала.
Каким бы ни было изначальное предназначение зала, теперь он был полностью заставлен рядами деревянных стульев, большинство из которых занимали мужчины в униформе: в светло-голубых пальто с цепочками медных пуговиц, в белых рубашках с высокими воротниками и галстуками, слабо завязанными из-за жары, царившей в Карибском бассейне, и в нанковых, желтоватых брюках, заправленные в светло-коричневые кожаные сапоги. Каждый стул стоял у маленького столика, который выглядел почти как игрушечный, но был при этом заставлен большими кипами некачественной серой бумаги. Везде стояли медные чернильницы и баночки, полные ручек.
Большинство мужчин немного откинули головы, с кем-то разговаривая. Кто-то быстро писал на листах, размахивая ими в воздухе, чтобы высушить, затем складывали их пополам и писали что-то на внешней стороне. Молодые мальчики, одетые в укороченную версию формы Ораторов, ждали эти сложенные листы, а потом либо складывали их в один из ящичков, стоящих вдоль длинной стены, либо бегали через северную или южную дверь так, словно за ними кто-то гнался.
В комнате стояла пугающая тишина, за исключение скрипа перьев и случайного стука шагов по решетчатому паркету. Из-за яркого, летнего солнца Бермуд, заливавшего закрытые окна, было жарко, а также пахло немытыми телами и чернилами. На ладонях Элинор начал проступать пот.
У северной двери стоял лейтенант в форме Оратора в треугольной шляпе с голубой кокардой, также присущей Ораторам. Рамси пересек комнату, чтобы поговорить с ним, и потянул за собой Элинор, будто забыл, что она тоже тут.
- Адмирал получал сообщение из Уайтхолла за последний час? - спросил он.
- Я не могу рассказывать вам о личных сообщениях, Рамси, и вы не сможете выведать их у меня, - ответил мужчина.
- Я не хочу знать подробности. Мне только нужен ответ «да» или «нет», Митчелл. Одно слово.
Митчелл нервно задергался. Он взглянул на Элинор, оглянулся на Рамси, а затем вновь перевел взгляд на Элинор.
- Она Поджигающий? - спросил он тихим голосом.
- Да, она...
- Капитан, я все еще рядом. Прошу прощения, лейтенант Митчелл.
Митчелл смутился:
- Она или нет?
Элинор раздраженно фыркнула
- Это она, - ответил Рамси, забавляясь.
Митчелл украдкой осмотрел комнату.
- Покажете мне? - попросил он, обращаясь к Элинор.
- Прошу прощения, лейтенант, но... показать что?
Митчелл взмахнул руками.
- Сделайте что-нибудь огненное.
Рамси издал приглушенный звук, который, вероятно, был подавленным смехом. Элинор повторила:
- Что-то... огненное?
Митчелл кивнул. Элинор вздохнула и подняла одну руку, позволив пламени течь по ней. Его яркий цвет тотчас уменьшил ее раздражение. Она чувствовала на себе взгляды многих в комнаты, потому что люди, которые не занимались разговорами, наблюдали за происходящим зрелищем.
- Вы это имели в виду?
Казалось, Митчелл был ошеломлен от увиденного. Элинор погасила пламя, опустила руку, и мужчина перевел дыхание.
- Как прекрасно, - произнес он. Такое простое выражение восхищения в его голосе заставило Элинор постыдиться за то, что она некогда была в нем разочарована.
- Спасибо, - сказала она.
Митчелл очнулся от увиденного и подошел ближе к Рамси.
- Адмирал получил два сообщения из Уайтхолла около сорока - сорока пяти минут назад, - произнес он низким голосом. - Не могу сообщить вам, от кого они были, но... могу сказать, что Харкинс принял их.
- Я ваш должник, Митчелл, - сказал Рамси.
- Просто приведите леди еще раз, - ответил Митчелл и дружелюбно и с восхищением улыбнулся Элинор, из-за чего она почувствовала себя взволнованной.
