В задней части гостиной была какая-то дверь. Накладной замок заперт. Она попыталась сориентироваться, сообразив, что за дверью должен находиться гараж. Зачем цеплять на дверь в гараж такой серьезный замок, если кто угодно может влезть в дом через собачью дверь? И почему окна гаража закрашены краской?
Энджи подошла к двери и прижалась ухом к холодному металлу Шарнир заскрипел, когда она открывала его. Она нажала на ручку и отворила дверь. В комнате было темно, и она начала шарить рукой по стене в поисках выключателя. Люминесцентные лампы замигали, и в этом дрожащем освещении она увидела верстак, газонокосилку и бильярдный стол.
Лампы наконец зажглись. К бильярдному столу была привязана обнаженная девочка. Во рту кляп, лицо окровавлено. При виде Энджи глаза ее выкатились из орбит. Если не считать быстро поднимающейся груди, она не двигалась.
У Энджи перехватило дыхание. Внезапно она ощутила резкую, жгучую боль в затылке, и перед глазами вспыхнул ослепительный свет. Она еще услышала всхлипывания девочки, мужской смех, а потом все пропало.
Уилл откинулся на спинку стула и посмотрел на унылый вид, открывавшийся из окна его кабинета. Потом взял свой сотовый, снова набрал Энджи и дождался, пока телефон перешел в режим голосовой почты, прежде чем отключиться. Он звонил ей весь последний час — сначала на домашний телефон, потом на мобильный. Она сказала, что едет прямо домой, и это было на нее не похоже, чтобы она не отвечала на его звонки. Даже если Энджи злилась на Уилла, она все равно снимала трубку, чтобы выругать его и сказать, чтобы он больше ей не звонил.
По крайней мере насчет одной вещи она оказалась совершенно права. С того момента, как Уилл посадил Джона Шелли в машину, тот не произнес ни слова.
В дверь кабинета постучал Лео Доннелли и тут же вошел, не дожидаясь приглашения.
— Здесь его адвокат.
— Спасибо.
— Утверждает, что она подруга его сестры.
Уилл встал и набросил пиджак.
— Вы ей не поверили?
Лео протянул ему ее визитку и сказал:
— Она юрист по вопросам недвижимости. На вид — горячая лесбиянка.
Уилл не знал, какой ответ от него ожидается. Он уставился на карточку, сделав вид, что внимательно читает, а потом сунул ее в карман жилета.
Лео шел по коридору вместе с Уиллом.
— Должен сказать, что она — большая потеря для нашего брата. Понимаете, о чем я?
Уиллу не хотелось поддерживать этот разговор, поэтому он спросил:
— Вы когда-нибудь слышали, чтобы Майкл упоминал имя Джона Шелли?
— Осужденного? — Лео сжал губы трубочкой и задумался. — Нет.
— В полиции нравов работает одна женщина, Энджи Поласки.
Губы Лео растянулись в понимающей ухмылке.
— Да, я ее знаю.
Уилл открыл дверь на лестницу. По лицу Лео было видно, что он не в восторге от того, что они не воспользовались лифтом, чтобы спуститься на два этажа к комнатам для допросов, но ему следовало быть довольным уже тем, что Уилл не врезал ему по физиономии за эту улыбочку.
— Детектив Поласки, — сказал он Лео, — говорила, что несколько месяцев назад Майкл предупреждал ее и некоторых других девушек на улице, чтобы они остерегались отбывшего срок преступника по имени Джон Шелли.
Они дошли до лестничной площадки, и улыбка слетела с лица Лео.
— Выходит, Майкл знал этого парня раньше?
— Похоже на то.
На следующей площадке Лео остановился и повернулся к Уиллу.
— Послушайте, — сказал он, потом заглянул в лестничный пролет и понизил голос: — Эта крошка Поласки… Майкл трахнул ее некоторое время назад. Вы же понимаете, он женатый человек, по-настоящему любит свою жену, но просто не отказывается лишний раз проверить в действии свой инструмент, особенно на таких экземплярах. Понимаете, о чем я?
— Так что там случилось?
— Поласки не поняла существующие правила. Она искала чего-то более постоянного. Майкл пытался потихоньку спустить все на тормозах, но она с тех пор имеет на него зуб.
Уилл едва не рассмеялся при мысли, что кто-то может думать, будто Энджи хочет серьезных отношений. Продолжая спускаться, он спросил:
— Вы считаете, что она все это выдумала?
— Знаете поговорку «Фурия ничто в сравнении с брошенной женщиной»?
— Да, — согласился Уилл. — Но зачем ей выдумывать что-то такое?
Лео несколько секунд обдумывал его вопрос, потом пожал плечами и сказал:
— Кто знает? Женщина — она и есть женщина.
— Не вы ли накануне рассказывали мне, что Джина выписала против Майкла запретительный судебный приказ за то, что он ее бил?
— Ну… — Лео опять остановился. — Рассказывал. Ну и что?
Уилл продолжал спускаться.
— Вы же не думали тогда, что она все это выдумала?
— Нет, — признался Лео. Он потер большим пальцем подбородок — красноречивый жест, который Уилл расшифровал уже через несколько минут знакомства с детективом. Он надеялся только, что тот никогда не садится играть в покер. — В общем, вышло так, — в конце концов сказал Лео, — что вчера вечером мне позвонил Майкл и спросил, как продвигается дело.
— Он и мне тоже звонил.
— И что вы ему сказали?
Уилл открыл дверь на второй этаж.
— Вероятно, то же, что и вы: нет ничего, что могло бы продвинуть нас вперед.
