Он решительно зашагал по двору, сжимая в одной руке длинное копье, а в другой – какую-то вилку. С ног до головы его покрывала кровь, но на теле не было ни одной раны.
– Добро пожаловать, Сайлас, – недрогнувшим голосом заявил Вергун.
– Что, боишься драться со мной один на один? – спросил Бершад, покосившись на Кастора.
– Ну, ты же с собой подмогу привел, так что все у нас по-честному, – ответил Вергун, кивая на дракониху.
Бершад пожал плечами:
– С ее помощью я освободил местных жителей, а тебя убью своими руками.
Кочевница расправила крылья и, взмыв в небо, скрылась в облаках.
Кастор не верил своим глазам. Надо же, Бершад действительно повелевал драконами.
– Прикрой меня, – прошептал Вергун и вышел из-под арки влево.
Кастор двинулся вправо.
Бершад повернулся к нему:
– Ты мне зла не причинил. Если уйдешь – будешь жить. Если останешься – тебе несдобровать. Я с тебя шкуру спущу.
– Посмотрим, кто кого, – ответил Кастор, выхватив меч из ножен.
У Кастора было много недостатков, но в трусости его никто не обвинял.
– Ну, как знаешь, – сказал Бершад и с нечеловеческой быстротой промчался через весь двор, к Вергуну.
Вергун отступил на шаг и едва успел встать в защитную позу, как Бершад ткнул его копьем в бедро, а потом в лицо. Вергун отскочил, чудом удержавшись на ногах.
Этим бой и закончился бы: два молниеносных удара – и нет больше людоеда. Но тут Кастор подбежал к Бершаду и вонзил ему в спину меч на уровне сердца.
Обычно человек, пронзенный клинком в спину, вздрагивает и оседает на землю, потому что мышцы и нервы ему больше не повинуются, хотя сам он этого еще не понимает.
Бершад вздрогнул.
И вместо того чтобы бессильно упасть, саданул древком копья в челюсть Кастора. От удара Кастор кувырком отлетел в сторону, выдернув меч из спины противника. Вообще-то, хорошо, что он не выпустил клинок из рук, потому что Бершад тут же начал колоть его копьем, причем с такой силой, будто никакой смертельной раны у него и не было.
Кастор как мог отражал удары, но явно проигрывал. Быстрота движений Бершада просто поражала. Острие копья распороло Кастору правую руку, и он выронил меч.
Он уже приготовился к смерти, но тут Вергун наотмашь полоснул Бершада своим клинком, разрубив ему ключицу и половину грудной клетки. Хоть драконьер и упал на колени, однако успел лягнуть Вергуна, который тоже повалился на землю.
Бершад попытался воткнуть вилку ему в горло, но Вергун прикрылся рукой, и зубцы вонзились ему в предплечье, а не в глотку. Противники сцепились, копье стало бесполезным. Бершад всем телом навалился на Вергуна, прижал его к земле и начал осыпать мощными ударами. Захрустели кости.
Кастор нащупал рукоять меча и изумленно уставился на Бершада. Только сейчас он полностью осознал, что они сражаются с настоящим демоном. Из груди драконьера торчала рукоять Вергунова палаша, а разрубленная плоть вокруг нее уже затянулась, оставив еле заметный шрам.
Кастор никогда не сражался с демонами, но хорошо знал, что надо делать в таких случаях.
Он подхватил отчаянно сопротивляющегося Бершада, изо всех сил прижимая его руки к бокам, и швырнул в колодец.
Бершад Безупречный полетел на дно, с грохотом задевая каменные стенки, и плюхнулся в воду. Всплеск прозвучал быстро, то есть колодец оказался не очень глубок.
Вергун с усилием поднялся, сплюнув изо рта кровь вперемешку с выбитыми зубами, и выдернул вилку из руки:
– Спасибо, Кастор. Молодец, не растерялся.
– Ну, я же его не убил. Он оттуда быстро выберется.
– Похоже на то. – Вергун протянул руку. – Дай мне свой меч, а сам беги на неболёт.
– А ты что будешь делать?
– Я его отвлеку, пока ты подготовишь корабль к взлету.
Из колодца уже доносилось кряхтенье.
– Командир, ты с ним в одиночку не справишься.
– Мы и вдвоем с ним не справимся, – сказал Вергун. – Но на неболёте есть мощная катапульта. А ты хороший стрелок.
Кастор кивнул:
– Понял. Сейчас все устроим.
В колодце плескалась жидкая грязь, сновали крысы и жутко воняло. Бершаду не хватало места, чтобы вытащить палаш из груди, поэтому он просто сжевал еще комок божьего мха и с кряхтеньем полез вверх, руками и ногами упираясь в стенки.
Вергун, конечно же, сразу попытался отрубить ему голову, но Бершад этого ожидал. Он стремительно скользнул вниз по осклизлым кирпичам, так что лезвие просвистело у него над самой макушкой, а потом, с силой оттолкнувшись от колодезной стенки, выпрыгнул наружу, пробежал несколько шагов, выдрал палаш из груди и обернулся к противнику.
Вергун отошел к лестнице, ведущей на крепостную стену, и, пятясь, начал подниматься по ступенькам.
– Тебя, наверное, в детстве лесные демоны в жопу дрючили, – издевательски заявил он. – Видно, недаром говорят, что вы, альмирцы, все до одного извращенцы.
Не отвечая, Бершад подступил к нему и с силой взмахнул клинком.
Вергун отскочил, ловко парировал удар и опять попытался снести голову Бершада с плеч. Бершад прикрылся рукой, и лезвие с силой впилось в кость.
– Что, не хочется с головой расставаться? – спросил Вергун.
