В раскрытую дверь вбежала Келлана и, бормоча что-то себе под нос, торопливо достала из стеклянных шаров красные клубни и зеленовато светящиеся грибы, побросала все в котомку, а потом взяла шприц и воткнула иглу в огромного черного паука, покрытого алыми волосками.
– В чем дело? – обеспокоенно спросила Вира.
– Ваши придурочные лучники слишком много пердят, – сказала Келлана, не сводя глаз с паука.
– Отстань, колдунья! – сказал Энтрас. – Ты заперлась в своем сарае, а мы торчим здесь, дожидаемся, когда ты закончишь свою работу.
Келлана зыркнула на него:
– Не в сарае, а в лаборатории. А вы загрязняете воздух метаном, который мешает моей работе.
Энтрас недоуменно наморщил лоб:
– Как наш пердеж может тебе мешать?
– А ты что, разбираешься в веществах, стимулирующих нервную систему?
– Мы к твоему сара… к твоей лаборатории и близко не подходим!
– Как только ты изобретешь способ не впускать в закрытое помещение воздух снаружи так, чтобы при этом люди внутри не задохнулись от его недостатка, то дай мне знать. А сейчас собери побольше винных пробок и раздай своим товарищам, пусть заткнут свои толстые жопы! – сказала Келлана и вышла.
Энтрас поглядел на Виру:
– У нас толстые жопы?
– Я бы так не сказала, – усмехнулась Вира и, помолчав, добавила: – Возвращайтесь на неболёт, пока Келлана сама вам задницы не закупорила.
– Ладно, – вздохнул Энтрас. – Здесь все равно жутко, брр.
Следующие несколько дней Вира провела в одиночестве, что, в общем-то, ей нравилось. По долгу службы вдовы всегда находились при высокопоставленных особах, в присутствии большого числа людей, так что одиночество считалось необычайной роскошью.
В жилище Келланы Вира наслаждалась тишиной, медитировала и упражнялась, стараясь не думать о Каире, в беспамятстве лежащей в башне Варда среди его жутких устройств. Однако избавиться от тяжелых мыслей не удавалось.
Через десять дней Келлана принесла из лаборатории три стеклянных пузырька: зеленый, черный и красный. Она выложила их на стол и впервые после начала работы над эликсиром наполнила свою кружку крепким вином.
– Эликсир нужно ввести в шейную область позвоночника в строгом порядке: сначала черный, потом красный и напоследок зеленый. Первые два компонента подавят действие нейтрализующего раствора Варда, а зеленый активирует регенерационные способности Каиры. После этого ты сможешь отключить дыхательный аппарат.
– А если это спровоцирует начало превращения?
– Вероятность такого риска действительно существует, но я попыталась ее снизить.
– Как быстро начнет действовать эликсир?
– Наверное, через несколько минут. По правде сказать, я точно не знаю. Нейтрализующий раствор – мое изобретение, но я никогда не пыталась воспрепятствовать его действию. Поначалу Каира будет очень слаба, но быстро восстановит силы.
Вира кивнула и задумалась.
Все эти тринадцать дней, отгоняя воспоминания о глазах, голосе и улыбке Каиры, она размышляла о том, как незаметно проникнуть на верхний этаж башни и как его покинуть, но так и не разработала надежного плана.
– В чем дело? – спросила Келлана.
– Эликсир позволяет мне решить одну проблему, но есть и другие, весьма существенные.
Она рассказала Келлане о зале, в котором находилась Каира под охраной громадного аколита.
Поразмыслив, Келлана подошла к сундуку у стены и вытащила оттуда накидку из вороньих перьев. В полумраке тускло поблескивали медные проволочки и костяные шипы.
– Вот, возьми, – сказала Келлана.
Вира растерялась от неожиданности:
– Зачем?
– Не хочу, чтобы какое-то мерзкое создание Варда разрушило все мои труды. Бери.
Вира погладила перья, ощупала скрытые среди них шипы.
– Она тебе в самый раз, – сказала Келлана. – Примерь.
Накидка легонько впилась в кожу запястий и шеи, плотно прилегая к телу. Она ощущалась и естественной, и чужеродной одновременно.
– Тебе идет, – вздохнула Келлана, окинув Виру долгим взглядом.
– Как она действует?
– Шипы и иглы управляются мышечным напряжением.
Вира отступила на несколько шагов и напрягла мускулы на левой руке. Перья встопорщились, из-под них высунулись иглы, будто когти на кошачьей лапе.
– Я заменила яд паралитического действия на очень сильнодействующее зелье моего собственного изобретения. Знаешь, я всю жизнь училась исцелять, но, оказывается, орудие исцеления легко превратить в орудие убийства. Это зелье я изобрела специально для того, чтобы уничтожить Озириса Варда. Наверное, надо было отравить его гораздо раньше, чтобы предотвратить все его злодеяния.
– Да, я тоже о многом сожалею. – Вира ласково коснулась руки Келланы. – Клянусь, как только я спасу Каиру, то убью Варда.
Келлана согласно кивнула и погладила иссиня-черные перья накидки:
– У этого одеяния есть еще одно свойство, которое тебе наверняка пригодится. Мне оно ни к чему, я слишком стара, чтобы им пользоваться. Вонючие лучники упоминали о твоей любви к прыжкам с неболёта… По-моему, накидка тебе очень понравится.
– Это еще почему?
– Озирис сделал ее, как он выразился, из неперспективного прототипа.
– Прототипа – чего?
– Устройства для полета, – улыбнулась Келлана.
