– Между прочим, твой старый приятель Бершад еще кое в чем отличился, – добавил Децимар.
– Что случилось?
– Обозлившись, Валлен Вергун со своими Змиерубами отправился в Заповедный Дол и захватил его.
– Заповедный Дол? Как им удалось пробраться мимо дуболомов?
– Вард усовершенствовал драконью пугалку. Но это не самое странное. Бершад в одиночку явился в Заповедный Дол, быстренько освободил город и то ли убил, то ли страшно изувечил Вергуна. Некоторые утверждают, что Озирис Вард превратил командира Змиерубов в серокожего монстра.
Вира задумалась. Непонятно, как все это отразится на ее плане.
– Что ж, будем надеяться, что Бершад все-таки убил эту сволочь.
Децимар оглядел долину:
– Правда, все это несколько усложняет нашу задачу незаметно вывезти Каиру из города. Раньше Варда заботило только то, что происходит в Дайновой пуще, а теперь нас обязательно засекут на первом подлете к Незатопимой Гавани, когда мы будем тебя высаживать, и наверняка уничтожат на втором, когда надо будет забрать вас с Каирой.
– «Синего воробья» засекут только один раз, – сказала Вира. – Когда вы будете нас забирать.
– Как это?
– Я высажусь с очень большой высоты, так что наш неболёт в городе не заметят.
– Ты действительно веришь в эту накидку из перьев?
– Я ее несколько раз опробовала, пока дожидалась вашего возвращения, – сказала Вира, указывая на высоченные сосны. – Она прекрасно работает.
– Одно дело – сигануть с дерева, а совсем другое – спрыгнуть с неболёта в лиге над землей.
– Не забывай, что мне еще надо пролезть в узенькое окошко.
Децимар покачал головой:
– Вы, папирийки, все сумасшедшие. – Сощурившись, он посмотрел в небо. – О, как раз и тучи наползают. Нам это на руку.
– Согласна, – кивнула Вира.
Ночь выдалась прохладной и безветренной, что не могло не радовать. Хоть Вира и уверяла Децимара, что у нее все получится, но сама в этом сомневалась. Малейшая ошибка грозила верной смертью.
– Мы на месте, – сказал Энтрас, нажимая тормозную педаль. – Вроде бы нас никто не заметил.
«Синий воробей» завис над башней. Энтрас колдовал над пультом управления, удерживая неболёт на месте.
Вира вертела в руках шлем и очки аколита. Децимар нашел их в трюме и по просьбе Виры подогнал по мерке, заодно подложив в наголовник стальную пластину. Вира надела шлем и затянула ремешки очков. От шлема едко пахло кожей и химикатами, что затрудняло дыхание, но сквозь затененные стекла в темноте почему-то было четче видно. Стекла усиливали самый тусклый свет, а очертания всех зданий окружало золотистое сияние.
Каким бы мерзавцем ни был Озирис Вард, приходилось признать, что некоторые его изобретения очень полезны.
Вира вскочила на поручни и посмотрела вниз. Прямо под ней в разрывах облаков мерцали бело-синие фонари четырех башен замка Мальграв.
– Ох, ради Этерниты! – воскликнул Децимар. – Мне на тебя глядеть страшно, прямо желудок выворачивает.
– Вот уж не знала, что у капитанов неболётов такие нежные желудки! – фыркнула Вира, закрепляя накидку на запястьях и лодыжках.
– Вообще-то, я еще лейтенант, – напомнил Децимар. – Нам позволено иметь нежные желудки.
Вира посмотрела на него.
– В таком случае я повышаю тебя в чине. Теперь ты капитан.
Децимар прищелкнул языком и взглянул на часы, вставленные в наруч:
– Сколько времени тебе понадобится?
– Возвращайтесь к четырем часам утра, как раз перед рассветом.
– Будет исполнено.
Она снова посмотрела на него:
– Если… если ты меня не увидишь, то сделай так, чтобы «Синий воробей» не достался Озирису Варду. Стань первым воздушным пиратом Терры.
Не дожидаясь ответа, Вира спрыгнула с поручней.
Первые три секунды она, прижав руки к бокам и вытянувшись в струнку, стремительно неслась к земле сквозь облачный слой.
Как только замок Мальграв очутился в поле зрения, Вира раскинула руки и ноги в стороны.
Накидка, прикрепленная к запястьям и лодыжкам, образовала два своеобразных крыла, которые замедлили полет и дали Вире возможность изменить угол наклона тела. Теперь она закладывала витки по нисходящей спирали, будто сокол, парящий на воздушных потоках, только не вверх, а вниз.
В Башне Короля Вира взглядом отыскала узкое высокое окно зала, где находилась Каира, а подлетев поближе, увидела громадного аколита, замершего на страже у купола.
«Он так все время там и стоит», – подумала она, совершая очередной круг.
Когда Вира снова приблизилась к окну, то резко сдвинула ноги вместе, прижала руки к бокам и стрелой влетела в стекло, используя шлем как таран. От резкого удара у нее заболела шея. Вира раскинула руки и ноги в стороны, замедляя полет, чтобы не разбиться об пол, и с лету опустилась на спину аколита.
Серокожий великан закряхтел и попытался прихлопнуть Виру, будто комара. Она резко напрягла мышцы, и все отравленные шипы в перьях накидки впились в аколита.
Серая кожа в местах уколов сразу же вздулась волдырями и стала похожа на варево, покрытое густой пеной. Руки аколита затряслись, растопыренные толстые пальцы скрючились.
– Тревога… – прохрипел он. – Вторжение…
Огромное тело судорожно задергалось, пальцы выгнулись, будто очищенные бананы, лицо распухло.
