– Я знаю, что это не ты. Я знаю, что-то должно было произойти. Но мы сможем это исправить. Я смогу это исправить. Возвращайся домой со мной. Каждый день разлуки – еще один день приближения к смерти. День, потраченный впустую, вместо того, что могло бы быть. Я не в силах больше выносить это. Возвращайся домой.
– Но, – прошептала она, – я дома.
– Шази! – лицо Рахима исказилось в неверии. – Как ты можешь говорить такое?
– Мне очень жаль. Я никогда в жизни не хотела обидеть любого из вас. Просто…
– Он убил Шиву! – взорвался Тарик. – Как ты можешь хотеть быть с мальчишкой, который убил твою лучшую подругу? Как ты можешь хотеть быть с холодным ублюдком, который убил десятки молодых девушек и шутки ради исчезает, в то время как его город горит?
– Что ты сказал? – голос Шарзад был безжизненно тихим. – Город… горит?
Тарик нахмурил лоб.
– Молния. Она подожгла несколько зданий.
Услышав эту новость, Шарзад оттолкнула Тарика и побежала ко входу в конюшню. Она оттащила деревянные ворота.
И рухнула на землю от открывшегося перед ней вида.
Половина города была в огне. Дым валил в небо, подсвечиваемый серебряными вспышками молний. Запах горящего пепла смешался с ароматом розовых кустов, растущих поблизости.
Капитан аль-Хури вложил меч в ножны и присел рядом с Шарзад.
От вида ее ужасного страдания Тарик застыл на месте.
– Джалал. Что мы наделали? – На ее лице была неослабевающая агония.
– Нет, делам. Это не твоя вина. Никто в этом не виноват. – Капитан аль-Хури обхватил ладонями ее лицо.
– Ты должен… – Шарзад испустила дрожащий вздох. – Мы должны остановить это. Пока кто-то еще не погиб.
– Я не сделаю такого, – ответил капитан аль-Хури.
– Что мы натворили? – Это была жалкая, обжигающая душу мольба.
Капитан аль-Хури поднял Шарзад на ноги.
– Ничего. Ты ничего не сделала.
Она затрясла головой, ее лицо было потерянным и унылым.
– Халид… ему придется…
– Нет. Он никогда этого не допустит.
– Но как мы можем так жить? – закричала она. – Я не могу. Он не может!
Тарик больше не в силах был выносить это.
– О чем ты говоришь?
– Тарик Имран аль-Зияд, – капитан аль-Хури продолжил внимательно смотреть на Шарзад, пока говорил, – у меня есть просьба.
– Ответ – нет.
– Разве ты не хочешь сначала услышать ее?
Тарик молча посмотрел на него с негодованием.
Капитан аль-Хури повернул голову, чтобы встретиться с Тариком взглядом.
– Увези Шарзад из Рея.
– Это всегда и было моим намерением.
Глаза Шарзад заблестели.
– Джалал…
– Возьмите ее с собой. – Капитан аль-Хури сжал плечи Шарзад.
– Нет. Я не могу уехать. – Она изо всех сил пыталась успокоить дрожь в своей челюсти. – Я не уеду. Я не… боюсь.
Капитан аль-Хури посмотрел ей в лицо.
– Послушай меня. Хоть раз. Умоляю тебя.
Шарзад начала протестовать, и порыв горячего воздуха подул на них, дальше распространяя странный аромат сладких роз и едкого дыма. Она крепко закрыла глаза и прижала руку к груди.
– Тарик. Где мой отец? – спросила девушка охрипшим голосом.
– За пределами города, – ответил он. – Ждет… на вершине холма.
Она резко открыла глаза и уставилась на Тарика с жуткой новообретенной уверенностью.
– Отвези меня к нему. – Не ожидая ответа, она промчалась мимо капитана аль-Хури и вошла в конюшню – оседлать свою лошадь.
Тарик повернулся, чтобы посмотреть, как Шарзад исчезла в темноте, ее осанка была жесткой, а походка небрежной. Он только начал подавлять свое замешательство, когда капитан аль-Хури схватил его за руку.
Тарик отбросил руку высокомерного мальчишки.
– Что…
– Ты все еще любишь ее? – сказал он взволнованным шепотом.
– Это не твое дело.
– Ответь мне, дурак. Любишь?
Тарик стиснул зубы, вернув капитану королевской гвардии ожесточенный взгляд.
– Всегда буду.
– Тогда убедись, что она никогда не вернется.
Двое всадников встретились под потемневшим небом в центре пустыни.
Один из них был на простом сером скакуне, а второй – верхом на великолепном белом жеребце.
За каждым стоял личный состав вооруженных солдат.
Всадник на белом жеребце заговорил первым:
– Мне сказали, что у нас общий враг. – Его голос был густым и явно лживым.
Другой наездник так же размеренно изучал его.
– Кажется, да, мой господин.
Первый всадник улыбнулся с елейной медлительностью.
– Вы такой же, как вас описывали, Реза бин-Латиф.
– Так же, как и вы, господин.
Султан Парфии рассмеялся.
– Я приму это в качестве комплимента.
– Это и подразумевалось, господин. Простите, что не выражаю сентиментальности должным образом, но я согласился встретиться с вами не для того, чтобы обменяться шутками.
Смех султана эхом разнесся в ночи.
– Вы прямой человек. Я польщен. Тогда, может, закончим с шутками и приступим к делам?
– Во что бы то ни стало, господин.
– Какие ваши намерения относительно моего незаконнорожденного племянника?
– Страдания. И уничтожение.
Глаза султана блеснули воинственным светом.
– Ясно.
– А какие ваши?
– Унижение… с последующим уничтожением. Вероятно, мы сможем помочь друг другу в достижении нашей общей цели?
– Моя помощь зависит от того, что вы можете предложить, господин.
