Колонна снова тронулась в путь по неровной дороге, проложенной через пустошь с редкими сосновыми рощицами. После восхода солнца они увидели море. Дорога шла на север вдоль песчаного берега, о который разбивались накатывающие одна за другой волны. Над горизонтом появились и исчезли верхушки парусов какого-то спешащего на юг корабля. Поднявшись на очередной холм, ехавший во главе своей бригады сэр Томас увидел далеко впереди три сторожевые башни, напоминания о тех днях, когда мавританские пираты отплывали от Геркулесовых столпов, чтобы грабить, убивать и брать в полон.
– Ближайшая к нам, – сказал офицер по связи, – это башня Пуэрко, за ней башня Барросы, а самая дальняя – Бермехи.
– Где Кониль?
– Кониль? О, его мы прошли ночью, так что теперь он позади.
Сэр Томас оглянулся на своих солдат, понурых и молчаливых. Потом он снова посмотрел на север и увидел за наблюдательной башней Бермехи ведущий к Кадису длинный перешеек – белое пятно на горизонте.
– Столько времени потрачено впустую.
– О нет, сэр Томас, – возразил офицер по связи. – Уверен, генерал Лапена намерен атаковать.
– Он возвращается домой, – устало сказал сэр Томас, – и вы это знаете.
Он наклонился к луке седла, ощутив вдруг на плечах тяжесть прожитых лет. Всех шести с лишним десятков. Теперь он знал – генерал Лапена торопится домой. Донья Манолито вовсе и не собирался поворачивать на восток, чтобы атаковать французов. Испанец спешил в Кадис, где, несомненно, еще долго похвалялся бы смелым маршем через Андалузию, дерзким вызовом маршалу Виктору.
– Сэр Томас! – Лорд Уильям Рассел, пришпорив коня, летел к генералу. – Смотрите, сэр!
Он указывал на север и восток. Взяв у него подзорную трубу и положив ее на плечо лорду, представлявшее собой довольно неверную опору, сэр Томас приник к стеклу и увидел неприятеля. Только на сей раз не драгун, а пехоту.
– Это те, что прикрывают Чиклану, – уверенно заявил офицер по связи.
– Или те, кого послали перехватить нас, – предположил сэр Томас.
– Мы знаем, что у них войска в Чиклане.
Сэр Томас не видел, движется пехота или стоит на месте. Он опустил трубу и повернулся к офицеру по связи:
– Поезжайте к генералу Лапене и передайте мои заверения в полнейшем почтении. И скажите, что у нас французская пехота на правом фланге. – Офицер развернулся, но сэр Томас удержал его. Впереди виднелся холм с какими-то развалинами на вершине. Неплохая оборонительная позиция. Если французы намерены атаковать, решил он, то расположиться следует именно там. Вынудить французов лезть вверх по склону, перебить их, а потом – маршем на Чиклану. – Скажите генералу, что мы готовы развернуться и атаковать по его приказу. Отправляйтесь!
Офицер ускакал. Сэр Томас снова посмотрел на холм над Барросой. Кампания складывалась неудачно, тем не менее положение еще можно было спасти. И тут далеко впереди затрещали выстрелы. Звук то нарастал, то затихал, иногда теряясь в шуме волн, но ошибки быть не могло – там палили из мушкетов. Сэр Томас привстал на стременах, ожидая, пока пороховой дым укажет, где именно идет бой. И наконец дождался. Темное пятно накрыло берег за третьей наблюдательной башней, неподалеку от понтонного моста, который вел в город. Это означало, что французы отрезали их и теперь перекрывают дорогу на Кадис. Что еще хуже, они определенно наступали с фланга. Маршал Виктор настиг союзников именно там, где и хотел. И теперь мог делать с ними все, что угодно.
– Это не наша драка, сэр, – сказал Харпер.
– Знаю.
Ирландец, явно не ожидавший от капитана столь быстрого согласия, удивленно посмотрел на него.
– Нам нужно в Лиссабон, сэр.
– Да, нужно. И мы туда вернемся. Но сейчас кораблей нет, и их не будет, пока здесь все не кончится.
От восхода прошло не больше часа, а за рекой, примерно в миле от берега, уже появились синие мундиры. Не голубые, испанские, а синие, французские. Противник пришел со стороны пустоши, вынудив генерала Сайаса построить свои батальоны на северной стороне реки. Странно, что французы, похоже, не собирались атаковать форт на дальнем конце понтонного моста, а двигались на юг, в сторону от форта. Установленная в форте пушка пальнула по неприятелю, но ядро упало с большим недолетом, после чего командир форта решил поберечь боеприпасы.
– Я к тому, сэр, – продолжал ирландец, – что если мистер Гальяна желает драться…
– Я знаю, что ты хочешь сказать, – резко оборвал его Шарп.
– А тогда, сэр, может, скажете, какого черта мы здесь делаем?
