Тут Конану пришлось плохо. Степные наездники пролетали мимо него на своих конях, нанося стремительные удары и уклоняясь от ударов его меча.
Атака следовала за атакой, вот конник справа скрывается за туловищем своего коня, и меч проходит мимо цели, а всадник слева достает Конана саблей, и удар надрубает железную пластину, нашитую на рукав его куртки. Вот противник принимает удар меча на край круглого щита, а его сабля звенит о шлем Конана.
Сабельные удары не так сильны, как удары меча Конана, но они быстрее и чаще достигают цели. Шлем смягчает удар, но все равно такой удар потрясает. Отражать тяжелым мечом молниеносные сабельные выпады трудно, приходится бить на опережение, но быстрый противник успевает среагировать на удар.
Будь на Конане сплошные доспехи и какое-нибудь прикрытие, он бы порубил своих противников. Но не стали бы они тогда атаковать. Раз за разом сабли ищут участки, не закрытые железом. Трижды они нашли неприкрытую левую ногу, и кровь уже течет из глубоких ран. Двоих сумел достать Конан, одного тоже в ногу, а другого по шлему. Хороши удары северянина!.. Ни один противник, получивший удар меча, не остался в седле. Но были это, похоже, самые молодые и неопытные. Конан пускает своего коня вскачь, чтобы на скаку встречать противников по одному, но они быстрее. Снова меч Конана встречается со щитом противника, и тут же две сабли поражают его в руку и в голову…
Очнулся Конан в сумрачном полумраке и долго пытался понять, что с ним случилось. Запахи дыма от живого огня, мокрой шерсти и кислого молока, мягкая постель, невнятные голоса. Кружится голова, болит нога и плечо. Вспомнил — он бился со степными конниками и был ранен…
Ласковая рука касается лба, помогает поднять голову и дает пить. Пить — это хорошо. Хотя вкус у жидкости странный. Гул в ушах. Конан закрывает глаза и проваливается в забытье.
Когда Конан вновь проснулся, ему объяснили, что пастухи Тайчи-нойона нашли его раненым и обессилевшим от потери крови. Тайчи-нойон сам пришел говорить с киммерийцем. Это был высокий плотный мужчина с загорелым морщинистым лицом и внимательными карими глазами. Молодость его давно миновала, но никто не назвал бы его стариком. Он был крепок, только волосы биты сединой.
— Сколько дней прошло с тех пор, как я бился? — спросил Конан.
— Третий день пошел, — ответил Тайчи-нойон, — а нашли тебя под вечер того дня, когда ты сражался, по следам было видно.
— Третий день? Значит, у меня осталось четыре дня для возвращения.
— Куда спешишь?
— На меня наложено заклятье. Я должен вернуться, чтобы маг снял чары, иначе я умру.
— Плюнь на мага. Когда ты был без сознания, тебя посмотрел наш шаман. Хороший шаман, сильный. Беседующий с духами. Он очистил твои раны от огня, твой разум от притяжения смерти и твою душу от заклятий и от всех следов магии. Зачем ты связался с колдуном? Настоящий воин всегда рассчитывает только на свои силы.
— Я всегда рассчитываю только на свои силы. Заклятие было наложено не по моему желанию.
— Бывает.
— Подожди! Так я свободен от заклятья? Ну, так пусть Ост подавится обещанной наградой. Все равно бы он меня обманул. Не желаю я быть под заклятьем, даже за все золото мира!
— Вот это слова настоящего мужчины. А то приходилось мне видеть таких людей, которые ради золота готовы были пресмыкаться перед сильными и топтать слабых.
— Таких всегда хватает. Послушай, а кто были те конники, которые меня порубили? Они бились как воины, но воины обычно не нападают на проезжих путников, как разбойники и всякий сброд.
— В степи царит сильный, — медленно стал объяснять Тайчи. — И случайный путник здесь — добыча для любого, кто сможет его осилить. Здесь много племен, пастухи гонят стада по всей степи. Каждый знает своих соседей и стережется от врага конными разъездами. Если идет купец, то он идет с караваном, с охраной, он полезен, и его не трогают. Если едет посланник, то он едет со свитой и со знаками своего поручения. Чтобы ехать по степи, надо договориться о сопровождении. Ты был никто. Добыча. Не обижайся. Вот мои стада сейчас охраняют полтора десятка воинов — зятья и племянники, двоюродные братья и дальние родичи. Я богат и уважаем. Но нападет на нас сотня врагов — и все мои люди полягут под саблями захватчиков. И они возьмут мои стада, юрты, женщин.
— А зачем вы подобрали меня? Мне нечем заплатить сейчас, все мои деньги пропали.
— Было время, когда я водил в поход до пяти тысяч воинов. Мы сжигали города и деревни, брали богатую добычу. На обратном пути чужое войско преградило нам дорогу. В той битве сгорела моя сила и моя слава. Мой род стал слаб. Мой старший сын погиб в этой битве. Он был как ты, богатырь. Война отсеивает слабых. Я отвратился от войны и пытаюсь сохранить остатки моего рода. Я спас твою жизнь, потому что не хочу давать лишнюю работу смерти.
