Она продавала женскую брендовую одежду в гипермаркете, хорошо зарабатывала, но для этого приходилось лебезить и кланяться покупателям, уговаривать и убеждать капризных теток не уходить без покупки, отчего к концу рабочего дня она люто ненавидела все человечество. Тут же перед ней сидел молодой интересный мужчина, чье существование смахивало на вихрь с чередой ярких событий. И как бы ей хотелось оказаться рядом с ним надолго, ощутить настоящую жизнь, сотканную из душевных порывов, восхитительных полетов, красивой любви и увлекательных приключений.
Она так замечталась, что не расслышала вопрос.
— «Адью», спрашиваю, скажешь? — Никита не отступал. — Чего молчишь?
— Честно, пока не знаю! Как сложатся обстоятельства! — Женя потупилась. — У меня осталась неделя от отпуска. Но могла бы взять несколько дней за свой счет и погостить еще маленько. Мне так нравится ваш город! Ольга, тетка моя, говорит: живи, сколько хочется! И Кирилл, он хотя и полицейский, но такой забавный! Представляешь, сегодня, перед поездкой сюда, он выезжал на труп.
Никита насторожился и торопливо отвел взгляд, чтобы глаза не выдали вспыхнувший интерес, перед которым померк даже образ прекрасной дамы, сидевшей напротив.
— Что ты говоришь? — лицемерно удивился он и добавил, подавив зевок: — Небось рядовая бытовуха?
— А вот и не бытовуха! — обиделась Женя. — В городе появился психопат! Самый настоящий маньяк! И это его не первая жертва!
Никита скептически улыбнулся. Обиженная его недоверием Женя мигом выложила все, что поведал ей по дороге Миронов, но информация была слишком скудной и сомнительной, особенно по части маньяка. Как могло случиться, что по городу бродит убийца, на счету которого несколько трупов, а СМИ не в курсе? Или Женя что-то напутала, или Миронов просто рассказывал ей жуткие сказки, чтобы отвязаться.
— Говоришь, несколько трупов уже? — переспросил Шмелев с равнодушным видом.
— Нет, труп пока один! И то не сам маньяк убил. Женщина от сердечного приступа померла! Сильно испугалась, Кирилл сказал. Вроде чиновница какая-то!
— Кирилл сказал? — насмешливо протянул Никита. — Так я тебе и поверил! Он же мент, из него любые сведения клещами тянуть приходится!
— Клещами я не тянула! — обиделась Женя! — Он днем на тетку наорал, чтоб не звонила на работу. Мол, труп у него. И правда, только к вечеру освободился. А еще сказал, что маньяк этот никого не убивает. Он женщин уродует, бритвой режет.
— Уродует? — насторожился Никита. — И сколько женщин он изуродовал?
В воздухе сладко запахло сенсацией. Лицо Шмелева вытянулось, нос заострился, а щеки запали, словно он глубоко вдохнул, а выдохнуть забыл.
Но Женя ему не ответила. В пылу разговора она не заметила, что подошел менеджер с толстой пластиковой папкой в руках.
— Поздравляю вас, Евгения Сергеевна, — сказал он и протянул ей папку и ключи. — Прошу, здесь ваши документы на машину.
Женя восторженно ахнула, вскочила на ноги и захлопала в ладоши.
— Я могу забрать ее? Прямо сейчас?
— Разумеется! — ответил менеджер. — Вам помочь?
— Не надо, я сама!
Миронов, которого привлекла суета вокруг Жени, подошел и тоже предложил свою помощь, на что она высокомерно ответила:
— Я вожу с шестнадцати лет, поэтому справлюсь! Ты мне только дорогу показывай, а то я не особо в городе ориентируюсь! Садись в машину, довезу до стоянки.
Кирилл молча кивнул на прощание, а Женя помахала рукой уже из салона.
— Юля, спасибо! Никита, пока! Очень приятно было познакомиться.
— Мне тоже! — ответила Юля из-за плеча Шмелева.
Он не слышал, как она подошла, но оглядываться не стал. Вместо этого Никита проследил за тем, как стеклянные двери разъехались в разные стороны перед новенькой машиной, впустив в ангар клубы тумана и снежный заряд. Створки сомкнулись, и уборщица тут же бросилась подтирать лужицы на полу. Красные габаритные огни мелькнули в сгустившихся сумерках и исчезли.
Юлия смотрела на Никиту с кривой усмешкой и наконец произнесла:
— Ты в курсе, что выглядишь, как дебил?
Никита обернулся и тоже улыбнулся:
— Правда?
— Воистину так, дорогой! Причем не просто как дебил, а как дебил влюбленный. Я это выражение на твоем лице очень хорошо изучила.
— Потому что когда-то я так смотрел на тебя?
На это ей нечего было ответить. Юля зябко повела плечами, отошла и уселась в кресло за низкий столик, за которым он и Женя только что пили чай. Потоптавшись на месте, Никита устроился рядом, уставился пустым взглядом в темное стекло, где то и дело вспыхивали разноцветные зайчики неоновых реклам, мерцали огни светофоров, а по трассе, рыча и мигая фарами, мчались потоки автомобилей.
— Слушай, давно собираюсь тебя спросить, — негромко произнесла Юля. — Что у вас с Сашей? Не хочу будить лиха, но ты еще до Нового года как-то странно замолчал. О ней — ни слова! И в последнее время приезжаешь в гости всегда один.
— С чего вдруг Сашка стала тебе интересна? — фыркнул Никита. — Мне казалось, ты ее терпишь только из милосердия?
