По холму к работающим поднимались деревенские девушки с плетеными корзинами с едой и кувшинами яблочного сока. Конн массировал плечи брата все медленнее и медленнее, Браэфар поднял взгляд. Коннавар уставился на девушек. Зрение у Крыла было слабее, чем у старшего брата, и он не мог различить лиц.
– Она там?
– Там, – отозвался Конн, садясь рядом с ним.
Когда девушки подошли поближе, Браэфар тоже разглядел ее. Ариан разговаривала со своей черноволосой сестрой Гвидией, и обе смеялись. Дождь затих, и солнце начало пробиваться сквозь облака. Волосы Ариан вспыхнули на солнце золотом. Как будто произошло чудо.
– Она такая красивая, – сказал Конн.
Некоторые девушки подошли к братьям, другие к возлюбленным. Остальные собрались в центре вырубки, поставив на землю корзины. Ариан осмотрелась по сторонам, ее холодный взгляд скользнул по двум юношам на бревне. Конн тихо выругался.
– Она все еще не разговаривает со мной.
– Почему?
– Мы с ней должны были встретиться три дня назад, но Большой Человек сказал, что на верхнем пастбище видели волка, и мы отправились проверять. Я опоздал всего на час, однако ее на условленном месте не оказалось. С тех пор она и не разговаривает со мной.
– Может, поедим? – предложил Браэфар, чтобы сменить тему.
– Нет. Я не голоден. – Конн поднялся и отошел к ручью. Как только он сделал это, к Крылу подошли Ариан и Гвидия.
– У тебя рука кровоточит, – заметила черноволосая девушка, присаживаясь рядом на ствол.
– Заживет, – ответил Браэфар.
Над вырубкой пронеслась тень. Подняв глаза, юноша увидел пролетевшего над головой ворона. Птица медленно опустилась на ветку на краю вырубки.
– Наверное, ждет, когда ему бросят крошки, – сказала Ариан. Приподняв льняную тряпицу, закрывающую корзину, она протянула Браэфару кусок яблочного пирога.
– Это мой кусок, – сказал Гованнан, подходя к ним. – Почему ты раздаешь мою еду? – Он вырос в высокого и широкоплечего юношу с квадратной челюстью и глубоко посаженными темными глазами.
– Твоя еда у Гвидии, – ответила Ариан. – Мирия попросила меня отнести корзину Коннавару и Крылу.
– Тогда сначала должны были принести мою! – Юноша вырвал корзину из рук младшей сестры. – Мужчин кормят раньше детей, не так ли маленькое Крылышко?
Браэфар примиряюще улыбнулся. Гованнан был старше его на два года и куда выше. Кроме того, он славился вспыльчивостью.
– Оставь его в покое, – вмешалась Гвидия, и сердце Браэфара упало. Ну почему девчонки не понимают? Его бы не тронули… а теперь она вмешалась, и добром все не кончится.
– А что я такого сказал? Кроме правды? Посмотрите на него. Он похож на девочку, и его бедная маленькая ручка вся в крови.
– Это говорит о том, как старательно он работал. – В голубых глазах Ариан вспыхнула ярость.
Помолчи, молил ее про себя Браэфар. Ты делаешь только хуже!
– Может быть, я несправедлив к нему, – продолжал Гованнан, – и на самом деле он маленькая девочка.
Схватив Крыло за шиворот, юноша заставил его встать, дернул за штаны и стащил их. Жестоко рассмеявшись, Гованнан сказал:
– Нет, не девочка, верно, но и мужских волос у него нет.
В этот момент сына кузнеца рванули за ворот, и кулак Конна с размаху врезался ему в лицо. По разбитой скуле потекла кровь. Гованнан упал. Перекатившись по траве, он поднялся, сжимая кулаки, затем бросился на противника. Конн отступил в сторону и нанес удар в подбородок. Гованнан снова упал. Потом куда медленнее поднялся и начал осторожно приближаться. Опозоренный Браэфар натянул штаны и пошел прочь. Гвидия побежала за ним.
– Я извиняюсь за своего брата. Он иногда ведет себя как идиот.
– Это ты виновата! – сердито ответил Браэфар. – А теперь оставь меня в покое.
А на вырубке продолжалась драка. Гованнана сбивали с ног несколько раз, но он не сдавался. Один глаз заплыл и из разбитых губ сочилась кровь. Он не нанес ни одного удара. Внезапно ярость оставила Коннавара. Он подошел к противнику и обнял его.
– Хватит, Ван, перестань.
Гованнан ударил противника в глаз. Брызнула кровь, и Конн отшатнулся. Брат Ариан врезал ему в правую скулу. Юноша покачнулся, а потом провел апперкот в лицо Гованнана, за которым последовал обманный удар справа, снова опрокинувший его в траву. Тот медленно, с большим трудом поднялся, преодолевая дрожь в ногах, шагнул к противнику, вновь замахнулся, но повалился вперед. Конн успел подхватить его и мягко опустил на землю. Ариан и Гвидия склонились к брату и принялись промакивать его раны лоскутами льна.
– Ты просто злой задира, – сердито произнесла Ариан. Конна охватил гнев, но он смолчал, поднялся и ушел в лес. Над ним кружился черный ворон.
Безумно злой Коннавар шел по лесу, ломая на своем пути ветки и топча молодую поросль под ногами. Во всем виновата Ариан! Она намеренно не обращает на него внимания! По меньшей мере это невежливо и сильно злит. А уж когда Гованнан оскорбил Крыло, юношу и вовсе охватила ярость.
