Он подвёл Бекки и Джо к мавзолею. Бекки не знала, плакать ей или смеяться. Это был самый замечательный и долговечный памятник дружбе, который она когда-либо видела. Подойдя к подножию статуи, она увидела серебряную табличку с надписью:
Бекки перечитывала эти строки снова и снова. Затем она поняла, что смеётся.
– Это так здорово.
– Не могу не согласиться, – ответил дядя Перси.
– А Ящик Пандоры? – спросил Джо.
– …закопан глубоко-глубоко под кораблём, подальше от когтей Эмерсона Дрейка. Пусть охраняет храбрейшую пиратскую команду, которая когда-либо бороздила моря.
– Крутяк, – просто сказал Джо. – Что скажешь, Уилл?
– Действительно,
– А теперь, – произнёс дядя Перси. – Думаю, нам пора возвращаться в Бауэн-холл. Уверен, мы все заслужили отдых, не так ли?
– Может быть, – пожал плечами Джо. – Или, может, начнём поиски других Эдемских реликвий?
– Ага, – согласилась Бекки. – Вообще-то, у меня есть кое-какие мысли на этот счёт.
Дядя Перси не смог сдержать улыбки.
– Я в этом не сомневаюсь, юная леди, – он взглянул на Уилла, и они оба закатили глаза. – Конечно, у тебя есть мысли на этот счёт… – он обнял Джо за плечи, в то время как Бекки и Уилл взялись за руки, и они вчетвером направились обратно к машине времени.
И тут Бекки поняла, почему команда «Угря» осталась вместе и после смерти. Дружба. Семья. Чувство сопричастности. Вот что на самом деле имело значение. Не деньги. Она взглянула на дядю Перси, Уилла и Джо и в глубине души осознала: проводить с ними время, разделять приключения, заботиться о том, чтобы все они были в безопасности, – всё это значило для неё больше, чем все материальные блага мира. Конечно, она знала, что никогда им об этом не скажет, особенно Джо. В конце концов, Рождество не за горами, и ей хотелось получить в подарок новые кроссовки.
