– Рэймонд Свит, шестьдесят семь лет, – продолжил Хамер, постучав пальцем по фотографии Рэймонда. На снимке тот выглядел гораздо моложе, чем при встрече с Кирби. – Бывший пациент «Блэквотер», живущий в старом доме привратника на территории психиатрической лечебницы, утверждает, что прошлым вечером между 22:00 и 22:45 играл в карты с Симмонсом. Затем Симмонс выпустил его через главный вход на Баттерси-Филдс-драйв, и тот отправился в закусочную «Скалистое дно». Ник Катсарос, сын владельца заведения, это подтверждает. По вторникам вечером они продают Рэймонду то, что осталось, за полцены.
– Прошлой ночью они отдали пирог «Питерс», – произнес Кирби, вспомнив свой изматывающий разговор со Свитом.
– С какой начинкой? – спросил Марк Дрейтон, отчего в помещении отовсюду раздались смешки.
– Курица, по его словам.
– Ну, хорошо, теперь мы знаем, что Рэймонд Свит ел, направляясь домой. Двигаемся дальше… – сказал Хамер. – Камера у входа на Дейлсфорд-роуд засняла, как он зашел на территорию психбольницы в 23:36. Что он делал, оказавшись там, мы знать не можем. Но он был один, когда уходил оттуда, и вернулся тоже в одиночку.
– Нам нужно найти Симмонса, – проговорил Кирби. – И выяснить, почему он солгал.
– В охранной фирме «Эмерис» сказали, что его смена начиналась в шесть утра, а перед этим на ночную смену должен был выйти Дэнни Монахэн по прозвищу «Чипс». Из показаний Монахэна следует, что Симмонс захотел отработать двойную смену, поскольку испытывает трудности с деньгами, и Монахэн согласился, – сказал Хамер, зачитывая показания, которые держал в руке.
– У Симмонса есть судимости? – спросил Андерсон.
– Он чист, – ответил Хамер. – Как сказал Лью, нам нужно найти его и понять, почему он соврал, – а мы знаем, что он соврал. На записях с камеры видеонаблюдения на главных воротах четко видно, что он пришел в 18:30 во вторник.
– Идиот, – пробормотал кто-то.
– Может, он и не гений, но это означает лишь то, что он не ожидал, что запись проверят, – произнес Кирби. – Стало быть, нужно быть
– Возвращаясь к Свиту – какое у него прошлое? – спросил кто-то из присутствующих. – Он провел в психушке несколько лет, не так ли?
– Верно. Он более двадцати лет являлся пациентом «Блэквотер». Попал туда после того, как потерял мать при пожаре в собственном доме в 1966 году, – ответил Кирби. – Точная причина его помещения в больницу непонятна. Согласно социальным службам, не сохранилось записей о том периоде, когда он попал в лечебницу.
– Как так получилось? – спросил Андерсон.
– Главный врач, Алистер Брейн, забрал все с собой, когда вышел на пенсию в середине семидесятых. Его уже давно нет. Когда в 1993 году больницу закрыли, Свита отправили жить в пансион. Вот только он постоянно возвращался в «Блэквотер» и в конце концов поселился там – и постепенно исчез с радаров социальных служб. Он получил права поселенца и теперь на законных основаниях живет в старом доме привратника на территории больницы. На его счету нет преступлений и случаев проявления жестокости, – детектив отметил, что все обменялись взглядами. – Судя по первой встрече с ним, он мыслит здраво, хоть и со странностями. Насколько ему можно доверять, еще предстоит узнать.
– У него есть свободный доступ на территорию, – добавил кто-то.
– Как и у Симмонса, – заметил Кирби. – И у кучи других людей, нанятых застройщиками.
– Управляющий строительным объектом, Брайан Каплински, сейчас составляет список тех, у кого есть доступ на территорию, – произнес Андерсон. – Вообще-то, их не так уж много. Тех, у кого есть прямой доступ.
– Может быть, они в сговоре, Свит и Симмонс, – сказал Кобрак.
– Возможно, – согласился Кирби, бросив взгляд на Хамера. – Но если это сделали не Симмонс и Свит, то мы не знаем, как наша жертва и убийца пробрались на территорию. Камеры видеонаблюдения не засняли, что хоть кто-то заходил в больницу один, а уж тем более с пожилой женщиной.
– И ни на одной записи с камер на близлежащих улицах мы не увидели нашу жертву – по крайней мере, пока что. Нужно еще многое просмотреть, – добавил Андерсон.
– Итак, помимо того, что нам нужно найти Симмонса, нашим приоритетом должно стать опознание жертвы, – сказал Хамер. – Кто-то должен был ее хватиться, да и не сама же она туда добралась. Когда мы узнаем, кто она, – возможно, сможем понять, каким был мотив убийства, а затем, надеюсь, все прояснится.
– Есть еще мобильный телефон, найденный на месте преступления, – произнес Кирби. – Он принадлежит двадцатисемилетнему Эдварду Блейку, проживающему по адресу: SW19, Ворчестер Гарденс, дом 3. Блейк работает ассистентом учителя в школе Роял-Оук. Возможно, есть совершенно невинное объяснение тому, почему его телефон находился на территории больницы – может быть, его украли, хотя об этом и не сообщали в полицию, – но нам нужно найти Блейка и исключить из списка подозреваемых. Полицейские уже направляются к нему на квартиру.
На мгновение все затихли. Потом заговорила Анка, одна из протоколистов по этому делу.
