— Знаешь, ты всегда привлекала меня. Ты очень красивая, знаешь это? — рука скользнула по груди, отчего Божену чуть не вырвало, настолько отвратительным было прикосновение, — не нравится?
— Отпусти ее!
— Ее? — удивился демон, — хочешь принять меня в себе?
Заманчивое предложение, но как бы Божена по-сестрински не любила Мирославу, становиться демоном не планировала.
— Мою слугу сегодня очистили, — проговорил он, — поэтому я в поиске новой жертвы и ты, как раз подходишь по всем параметрам, — облизнулся, — когда ты станешь моей, я-то уж точно поразвлекаюсь.
— Нет! — закричала Есения, так яростно, что Божена дернулась.
Девушка никогда не была в числе сильных ведьм, ее сила спала в теле и не хотела являться во всей мощи, поэтому вмешательство сулило ей только смерть. Есения вскинула руки к небу, скрестила пальцы и заплела заклятье. Сверкнула молния и поднялся ветер такой силы, что демона свалило с ног. От неожиданности он разжал пальцы, Божена быстро вырвалась и отползла в сторону. Вцепившись пальцами в землю, она зашептала проклятье, после чего земля почернела и пошла волной. Мирославу тряхнуло и завалило. Есения повела рукой в сторону, указывая ветру путь. Демона подняло вверх и окатило дождем. Глаза девушки сияли огнем, лицо заострилось, напряженные пальцы продолжали плести заклятье. Мирослава задергалась, извиваясь и истошно крича, а потом обмякла, повиснув в потоке воздуха.
— Еся, остановись. Все, хватит. Он ушел, — Божена схватила ее, потянув на себя.
Есения всем весом навалилась на нее, потеряв сознание. Аккуратно положив девушку на спину, женщина подошла к Мирославе. Мертвенная бледность, которая так и не спадала, заставляла беспокоиться. Мирослава выглядела больной и совсем измученной, сломанной. Божена похлопала ее по щекам, растерла ладони и провела по коже, отогревая.
Мирослава очнулась не сразу, а когда очнулась, то вновь закрыла глаза и скривила губы.
— Пойдем в дом, нас тут немного намочило, — истерично хохотнуло Божена, поднимаясь на ноги.
— Я не помню, как оказалась здесь, но предполагаю, что это была не я. Что я сделала опять?
— Облапала меня немного, а так, все в порядке, — ведьма протянула руку и Мирослава, краснея, приняла помощь.
— Прости меня.
— Да, конечно, — отозвалась Божена, умолчав, как сильно трясутся от пережитого коленки и кружится голова.
Есения, пришедшая в себя, помогла Мире дойти до дома, где столпились еще четыре ведьмы. Все они с нескрываемым страхом смотрели на Мирославу. Та настойчиво смотрела в пол, не в силах поднять взгляд. Не такой ведьмой она хотела быть. С трудом дойдя до кровати, она повались на бок, устало глядя в стену. Есения кинула ей сухую рубаху и штаны. Та благодарно кивнула, но переодеваться не спешила. Божена нервно теребила волосы, выдирая целые пряди и не чувствуя боли.
— Я пыталась вас убить?
— Нет. Хотела поработить ее, — жестко выдала Еся, хоть и понимала, что Мира в какой-то степени не виновата.
Мирослава тихо простонала, прижав рубаху к груди.
— Как вы смогли освободить меня?
Божена кивнула на Есению.
— Скажи ей спасибо. Девка-то у нас не простая оказалась. Стихия воздуха у нее такая мощная, что я подумала ураган будет.
— Ветер? — обернулась Мирослава, сощурившись, — что еще ты делала, Еся?
— Я… Я не помню…
— Что. Еще. Ты. Делала, — по слогам произнесла ведьма, — вспоминай, это важно.
— Я… Была очень напугана. Сила вырвалась из меня, и я почувствовала, что смогу повелевать погодой.
— Она наколдовала дождь, — перебила Божена и осеклась, переглянувшись с Мирой. В глазах промелькнуло понимание, — вода.
— Вода, — подтвердила Мирослава, — он боится воды. Но не настолько, чтобы умереть или изгнаться. Он просто уходит, затихает.
— Поэтому нужна святая вода. Много святой воды, — Божена хлопнула в ладоши.
— Это все замечательно, конечно, но нам нельзя в церковь. Да и не станут нам Священники помогать.
— Они не будут. Но друг моей дочери поможет.
Мирослава воспряла духом, стягивая мокрое платье и надевая широкую рубаху. Как она могла забыть о девчонке!
— Ты даже не знаешь, где она, — возразила Есения.
— Отчего же не знаю, — лукаво улыбнулась Божена, показывая порезанную ладонь, — никто не отменял родственные узы.
Вообще магия на крови всегда являлась очень сильной и темной. И тяжелой. Ведьма никогда не прибегала к ней, потому что обычно такие обряды ни к чему хорошему не приводили, но сейчас другой случай. И найти Варвару стало необходимостью. Пришлось еще раз расковырять рану. Кожу жгло, но Божена сжав зубы и взяв себя в руки, растерла кровь по пальцам и прошептала:
— Найдись.
В тяжелых думах они покинули Мирный. Растерянные остановились за воротами, настороженно переглядываясь. Всеволод вообще потеряв весь интерес к жизни, разглядывал каменистую дорогу, на которой они стояли.
— Есть идеи? — спросила Василиса.
— Я могу попробовать вновь переселиться в тело одной из ведьмы в ковене и подобраться поближе к Мирославе, — предложил Мрак без особого энтузиазма.
