В этот час на улицах датского города бывает мало людей. Светомаскировка и, контролирующие соблюдение комендантского часа, пешие и моторизованные патрули, дисциплинировали население, убеждая не покидать своих домов. Да и шуметь по утрам обычно было некому, но сейчас переполошился весь дом. Под окном рычал серый 'опель' с затененными щелевыми масками фарами. В комнатах одной из квартир шел обыск. Из коридора с удивлением выглядывали привлеченные в качестве понятых соседи по площадке. Но сам профессор все никак не мог поверить, что это случилось с ним и его семьей.
-- Господин Бор собирайтесь вместе с вашими родными. И заодно помогите собрать и упаковать все ваши научные материалы. И, побыстрее, самолет вас ждет!
-- А, что происходит, господа?!
-- Здесь становится опасно. Есть сведения о планах британских бомбежек. Вы и ваша семья сегодня улетаете в Германию! Остальное вам доведёт начальство. Обжаловать это решение вы сможете в Берлине.
Через пару часов датского ученого уносил через Балтику обычный 'Юнкерс-тримотор'. Что с ним и его семьей станется там, в Германии, Нильс Бор боялся даже представить. К некоторому облегчению профессора, оказался он хоть и за колючей проволокой, но не в лагере, а в небольшом коттедже. Где-то за лесом раздавался шум действующего аэродрома. В соседнем с их коттеджем домике была казарма, откуда раздавались военные команды. У выхода на посту сидел солдат вооруженный пистолетом. Под окном прохаживались часовые. Ночью Бор никак не мог заснуть, а когда сон все же сморил его, то неожиданно был разбужен.
-- Вам необходимо переодеться и идти с нами.
-- Но зачем ночью?!
-- Профессор, если не хотите оказаться в настоящем лагере, то лучше не спорьте со мной! И ни в коем случае, ничего не делайте без моей команды.
Молодой офицер говорил по-немецки с небольшим акцентом, и опасливо высматривал что-то за окном. Бор с сыном Оле, братом Харальдом и теткой Ханной оделись и снова взяли в руки свои чемоданы с вещами и бумагами. Снова машина везет их куда-то в ночь. Пришли в себя они уже в самолете. На этот раз им оказался огромный четырехмоторный 'Юнкерс-89'. В салоне он с удивлением заметил знакомые лица. Тут оказалось несколько его коллег из германских университетов вместе с семьями. И как заметил его сын Оле, большинство из них были евреи. Слушая негромкие слова сына, отец вспомнил, что двое из коллег, это известные в прошлом противники нацистского режима. А потом их пристегнули к креслам, и самолет с шумом разогнался и взлетел. Через полчаса молчаливый член экипажа раздал всем бутерброды с наполненными горячим кофе стальными кружками, и снова ушел в кабину. Самолет несколько раз наклонялся, то на одно, то на другое крыло. Справа небо стало слегка сереть. Вдруг в иллюминаторе удалось увидеть летящий невдалеке двухмоторный истребитель. Как раз в это время командир воздушного корабля соизволил выйти, и рассказать им об их дальнейшей участи. Первые же слова о том, что их побег из рейха удался, вызвали бурную реакцию пассажиров.
-- Господа, спокойно!!!
-- Куда мы летим, герр официр?!
-- Нам пришлось изменить курс. В Британию мы пока лететь не можем. Потому что над Германией нас точно зажмут ягерами и посадят на аэродром. Над Данией или над южной Швецией нас могут атаковать и сжечь. Причем, как сами шведы, так и немецкие 'мессершмитты' с авиабазы в Мальме. Южнее можем нарваться на атаки дальних британских истребителей. На Острове о нас ничего не знают.
-- А почему мы не можем лететь сразу в Осло?!
-- По тем же причинам! Вдобавок, Осло в руках десанта Кригсмарине, так что туда мы не пойдем. Если конечно никто не желает погибнуть от зенитного огня и атак истребителей.
Ответом ему стало хмурое переглядывание ученых и членов их семей. В этот момент из-за двери выскочил тот же молчаливый член экипажа, который поил их кофе. Он возбужденно схватил командира за рукав и утащил за собой в пилотскую кабину. Через минуту тот вернулся изрядно взволнованным, и это волнение быстро передалось пассажирам.
-- Господа внимание! Нам передали по радио, что из Хайлигенбаля вылетели за нами двухмоторные истребители Люфтваффе. От них смог бы уйти наш сопровождающий, которого вы видели за окном, но не этот 'Юнкерс'.
-- О, Боже! Мы погибли!
-- Мужайтесь, господа! Шансы у нас неплохие. Наш точный курс им не известен. Германские радиолокаторы нас также уже не видят. Мы вышли из радиуса действия прибрежного района ПВО. Будем надеяться, что они потеряют наш след над Балтикой. Осталось не больше сотни километров до края зоны патрулирования, а дальше охотники не сунутся, им не хватит дальности.
-- Герр официр, может нам стоит приземлиться в Швеции?!
-- Гм. Если шведы согласятся принять наши самолеты, то теоретически можем, сесть в Стокгольме. Там нормальная полоса. Хотя это очень рискованно.
-- Но почему рискованно??
-- Швеция имеет договор с рейхом о выдаче преступников. А мы с вами...
-- Мы не преступники! А вдруг шведы дадут нам политическое убежище?!
