– Привет, Олег, – сунул мне руку маляр. – Как дела?
– Здорово, Лева, – ответил на рукопожатие я. – Дела пучком. А ты как? Разлагаешься потихоньку?
– Да нет, все нормально… Даже запаха не осталось, – ухмыльнулся гордый собой Святогневнев.
Да, именно. Это мой старый знакомый – единственный, кто выжил на базе «Уран».
Ну, не совсем выжил, если честно… На самом деле он ходячий мертвец, но по нему этого ни за что ни скажешь – Лев Игнатьевич следит за собой. Он в конце концов закончил сыворотку, позволяющую ему контролировать рассудок, благодаря чему так и не превратился в одного из тех безмозглых людоедов, что в прошлом году бродили по лесам Красноярского края. Я ведь тогда все-таки вернулся туда – провел зачистку. Леди Инанна попросила, да я и сам не возражал проветриться – в Хрустальных Чертогах хорошо, но нестерпимо скучно…
В январе этого года Святогневнев переехал из Красноярска в Москву – тут условия для работы получше. Сначала он хотел разыскать вторую базу – «Гею», но потом слегка перетрухал. И его можно понять – заполучи эти яйцеголовые настоящего зомби, так не посмотрят, что это их бывший коллега. Будут экспериментировать, пока не разберут на кусочки. Я и сам пару раз чудом избегал подобной участи.
А теперь он живет и работает прямо тут – устроился кладбищенским сторожем. Платят гроши, но зато бесплатное жилье. Вполне приличное, кстати. С пропиской ему помог какой-то старый приятель, он же и деньгами субсидировал – Святогневнев ему слегка намекнул на кое-какие свои проекты. Да и я малость подсобил – у меня в этом тоже есть свой интерес.
Какой? Да вот этот самый – теперь у меня в Москве всегда есть удобная хаза, где можно спокойно отсидеться пару деньков.
– Мне сначала еще и могильщиком предлагали устроиться, но ты же знаешь, я копать не люблю… Хотя клиентура все равно докапывается. Недавно прикопалась одна – выкопай, да выкопай могилу мужу! Я ее саму чуть не закопал!
– А других проблем нет? – уточнил я. – Никто не наезжает? А то сам знаешь – если что, я всегда…
– Было на той неделе… – хихикнул мертвый ученый. – Какие-то панки тут праздник устроили – могилы в краске испачкали, кресты ломали, газоны все истоптали…
– А ты?
Святогневнев осклабился и кивнул на груду хлама, лежащего поодаль. Там оказались какие-то каски, кожаные ремни, куртки с заклепками, еще что-то…
– Иногда покойником быть лучше, – грустно сообщил он. – Если б я был живым, они бы меня убили…
– А так ты их?..
– Да нет… Вот, гляди.
Лев Игнатьевич задрал обляпанную краской рубашку и продемонстрировал торс со свежим ножевым ранением в левой грудине. Да, после такого обычно умирают – сердце пробито насквозь. Но в данном случае ничего не вышло – крови не вытекло ни капли, только остался косой разрез. Думаю, это было для несостоявшихся убийц настоящим шоком…
– Заживает помаленьку… – удовлетворенно провел пальцем по ране Святогневнев. – Только есть приходится больше обычного. Я по этой теме думаю диссертацию написать – «Новая форма жизни». Название пока рабочее, – извиняющимся голосом добавил он. – Но тема очень интересная. Особенно интересна реакция среднего человека на живого мертвеца – это почти всегда страх и отторжение.
– А ты как думал?
– Да примерно так же и думал, – пожал плечами доктор наук. – Когда они поняли, что я… не совсем живой, то так быстро убежали… Даже одежду бросили.
– Зачем?
– Некогда надевать было.
– Угу. Так они что – голышом тут бегали?
– Не то чтобы бегали… – засмущался Святогневнев. – Их тут человек десять было – обоего пола.
– Ах вот оно как… А потом?
– А что потом? За вещами не возвращались, если ты об этом. Краска, видишь, пригодилась – хоть заборчик подновлю, а то неаккуратно как-то…
При этих словах мне почему-то вспомнился один старый анекдот.
– Ну ладно, так я у тебя поживу недельку-другую? – уточнил я.
– А мне что – жалко? Хотя, конечно, придется завтра за продуктами идти…
Святогневнев хорошо помнит, в каких количествах я потребляю консервы и все остальное. Когда я гостил у него в прошлый раз, то за три дня умял месячный запас тушенки.
Он сам, безусловно, мертвый, но есть ему нужно, как живому – ходячим трупам тоже необходимо пополнять запасы питательных веществ. Конечно, он может воздерживаться от питания неограниченно долгий срок, но в этом случае очень скоро станет похож на обыкновенного зомби – вонючего, подгнившего, разваливающегося на ходу. Это сейчас нужно обладать дедукцией Шерлока Холмса, чтобы понять, кто он такой на самом деле.
– Со мной еще один знакомый, – признался я. – Странный тип…
– Страннее нас с тобой? – удивился Святогневнев.
– В чем-то да.
– Ну ладно, пусть и он живет… – растерянно пожал плечами мертвец. – Где он у тебя?
– В машине сидит.
– Ну, ключи ты знаешь где – идите в дом. Я сейчас, докрашу только – немножко осталось…
– Давай помогу, – предложил я, роясь в куче красильных принадлежностей.
